подёргивающейся Олежкиной попе. Он завопил надсаженным охрипшим голосом, застучал ногами по земле и завилял попой. Девки повисли ещё сильнее, пригибая его, наручники врезались, причиняя неимоверную боль. Следующий взмах. Отчетливый щелчок, брызнули капельки крови. Олежка зашёлся и почти сразу ж поперхнулся воплем из-за уже надсаженного горла.
- Как твой голосок хорош, как же сладко ты поешь!... Какая музыка звучииит!... И пляшешь как отлично, хоть на фестиваль!... - приговаривала Вероника, с сильными протяжками и с захлёстами выкладывая на Олежкину попу обжигающие как огонь удары с длинными кровавыми просечками, резко, с кряком, выдыхая во время каждого нахлёста. Она уже взялась за третий прут взамен полностью измочалившихся. - Восемь!... Спой, соловушка, спой ещё!... Десять!... А теперь я тебя немножечко огорчу! За то, что ты нафыркал и накашлял на меня моим "дождиком", я хочу от себя, лично от себя добавить тебе ещё столько же! - она потёрла у себя в промежности, и когда по ней разошлись волны сладостной дрожи, опять со свистом взмахнула лозой. - Чтобы запомнилось так же, как сейчас по жопе запечаталось!
Лера с Женькой, стоя позади, переговаривались меж собой.
- Меня прямо до глубины заводит, как он крутит и виляет своими булочками! Это так сексуально, особенно когда появляется свежая полоска! Так бы сразу после этого наказания подошла да наладила его в попку! - говорила Лера.
- Да у нас все мысли сходятся! - и Женька потёрла у себя в середине щёлки.
- Попочка пухленькая, аккуратная! Для меня это такая радость, ну прямо праздник, постегать похлеще по этой попошке! Тем более и свиснуть треба покрепче, чтоб пронимало до последней жилки! Так бы и стегала по ней постоянно, хоть... Да хоть всю жизнь!
Женька едва не повалилась наземь со смеху.
- Ну да, нам-то удовольствие, а если спросить у него, как ему это нравится?
- Надо будет непременно у него об этом спросить! И разрешения всякий раз испрашивать тоже! - Леру согнуло от хохота.
В это время Вероника, собрав все силы, последний раз стеганула Олежку так, что на том месте, где проходит складка между ягодицами и бёдрам, вспухла толстая, с палец, сочащаяся кровью полоса, а Олежка зашёлся в долгом протяжном вопле. Девчонки ослабили хватку, наблюдая как он приплясывает с какими-то вычурными телодвижениями бёдрами и попой.
- Прервитесь ненадолго! Марин, подожди его драть! Что-то нам захотелось ему впендюрить! Есть у вас такое желание тоже? Я сейчас за страпиками! - крикнула подругам Лера.
- Неплохая идея! - отозвались почти хором Марина с Вероникой. - А то я - продолжала Марина - уже хотела сделать тут... Кое-что! Потом сами всё увидите! Потерпеть с полчасика или чуть побольше смогу!
Прежде чем вставить в себя двухсторонний страпон, Лера, усиливая прижим во время движения вверх, несколько раз прошлась вверх-вниз своим пушистым лобком по пылающим словно огнём Олежкиным ягодицам; Марина с Вероникой продолжали его крепко держать в том же, как и во время порки, положении. А Лера стала делать круговые движения, а затем натираться лобком и клитором вдоль щели между ягодицами, обильно орошая Олежке попу своими соками. Доведя себя до какой-то "точки кипения", спешно укрепила страпон, болтавшийся у неё на ногах чуть выше колен, обхватила Олежку, чуточку присела под него, и быстро вошла в его попу, а вернее, больно засадила со всех сил. Уже взведённая, возбуждённая до крайности, она кончила так быстро, что похоже и сама не поняла сразу, что же произошло. Прижимаясь подбородком к его спине, девушка с хриплым рычанием делала вращения головой, вертела тазом, соки струились по её ногам...
Ночь полная секса 2 (продолжение.)