— Да понятно... Только ты на Людмилу Сергеевну зря бочку не кати. Не могла она Тому отпустить. Мы тут и вчетвером, еле справлялись. Знаешь сколько навалилось? Да ещё это дежурство возле бассейна...
— Она тоже дежурила?
— А как же. По графику – самая первая...
— И как себя показала?
— Во всех ракурсах – положительно...
— Она у меня покладистая... - в голосе Пархоменко послышались тёплые нотки.
Большаков, как будто в смущении, откашлялся в кулак:
— Значит так. Сейчас: душ, ужин, дискотека и после отбоя - к соседям.
— Ночью?
— Самое время чаи гонять. Днём-то не до этого... За футбол спасибо. Игрок из тебя классный. Навесы Вовчику, как на блюдечко выкладывал. Только забивай! Жаль я колено подвело, пришлось другим заниматься...
— Колено? А мне говорили – стопа.
Большаков снова откашлялся:
— И стопа... Колено - старая травма... надрывом мениска... Из-за него и в лагерь поехать согласился. Пока после операции заживает... Когда первый раз встретились, я про это упоминал...
— Не помню... Злой на тебя был... Что на жену мою пялишься... А теперь вижу, что мужик ты правильный... И вообще – сработаемся. Вот только бы с Томой уладить... Поможешь? Ты для неё – авторитет.
— Само собой... Для того и к соседям идём... Надо будет и другие лагеря посетить. Доказать, что мы - лучшие во всём... Кхы... Кхы... Что-то кашель замучил... Пожалуй, горячий душ тоже приму... «Ястребок» должен быть первым во всём. И в пионерболе, и в футболе...
— И в теннисе.
— О! И в волейболе. У тебя с этим как?
Беседующие начали отходить в сторону душевой.
— Нормально...
— Завтра должна приехать новый физрук. Классная волейболистка. С ней надерём соседей без сомнений... Слушай, я что хотел тебя спросить...
Разговор физруков поглотил взрывной шум болельщиков, сообщающих, о забитом мяче. И, судя по громкости, гол был направлен в ворота гостей...
...
Подслушивающие посмотрели им вслед, вернулись в свои качалки. Молча пригубили вино.
Заходящее солнце пробивалось сквозь раскидистые кроны, играло на всём, что касалось, мерцающими бликами.
— Как много можно узнать, находясь незаметными, - сказала Людмила Сергеевна.
— А именно?
— Что я стерва. Что кто-то начальник похода загулял на Косе. И что этой ночью мои работники собираются идти в самоволку.
«Шахерезада» приподняла дужку «хамелеонов», глянула на директрису «Ястребка» прищуром своих миндалин ореха в шоколаде:
— Ты это серьёзно? Похоже, твоя внешняя пресыщенность в разладе с внутренней неудовлетворённостью живой избирательной души, делают тебя человеком несчастным даже в таких мелочах.
— Ну, Ксения, ты же слышала!
— Прекрасно слышала! Что: два твоих ведущих физрука нашли между собой общий язык, а значит - спортивное лидерство в борьбе за Почётное Знамя, при с толь сплочённом коллективе инструкторов физического воспитания и двух мастеров спорта (Гржабовская, что приезжает, ведь тоже - Мастер?) можно не беспокоятся; что у тебе есть защитник в лице того же Большакова. Прекрасно! Что ещё нужно желать от оппозиционера? Так что, кончай искать чёрную кошку, сама знаешь, какой комнате, а лучше - давай, добьём этот «Букет», да пойдём ужинать по-настоящему. Что-то я проголодалась...
Подруга областного значения встала и принялась по-хозяйски разливать оставшуюся часть вина.
— А...
— А по поводу чьих-то шашней, тебе вообще дела нет. Твое внимание – дети! Чем занимаются взрослые в СВОБОДНОЕ от работы время – то их проблема. И не спорь! После двух пузырей я бываю особенно правдолюбивой. Могу наговорить лишнее... Потому, что старше тебя на десять лет... Имею право... И такого породистого кобеля, как твой старшой, не упустила бы... Держи, - протянула гостья полный бокал разочарованной собутыльнице.
Попьяне ОЧЕНЬ осторожно чокнулись.
«Но, видит бог, излишняя забота – такое же проклятье
Теперь я Би(часть 2)