— Я знаю, Райан, знаю. Я действительно все испортила, и ничего не смогу сделать, чтобы исправить это, — негромко сказала она.
Она пыталась удержаться от слез.
Плечи Райана поднялись и опустились, в длинном пожатии.
— Жизнь - это выбор, Кэрри. Ты сделала кучу плохих выборов, и теперь тебе придется с ними жить, — сказал он.
Он постарался, чтобы его тон не был обвинительным. В этом не было смысла.
— Нет никаких шансов, что мы... после того, как я выйду... сможем...? — пролепетала Кэрри.
Райан решительно покачал головой. Он впервые снял солнцезащитные очки. Он аккуратно положил их на столешницу.
— Я очень не хочу быть холодным и... злобным, я думаю, это подходящие слова, — медленно сказал он. — Я ничего не добьюсь, и это будет пустой тратой времени.
— Послушай, Кэрри... э... Я женюсь на следующей неделе.
Кэрри была ошеломлена, потрясена новостью. Она не ожидала этого. Ей и в голову не приходило, что Райан будет жить дальше... а если и приходило, то она не думала, что это произойдет так скоро.
— Я... я не знаю, что сказать, — задыхалась она. — Я надеюсь... я надеюсь, что ты будешь очень счастлив, — наконец, сказала она.
Слезы грозили вытечь из уголков ее глаз и покатиться по щекам.
— Я не хотел, чтобы это вышло так, — полуобвиняющим тоном сказал Райан. — Думал, что однажды в будущем, напишу тебе письмо и... о, черт... я не знаю, что я подумал.
После долгого молчания, Кэрри взяла себя в руки. Это было то, чего она не могла сделать раньше. Дисциплина здесь, в тюрьме, уже оказывала на нее влияние, хотя приговор был вынесен совсем недавно.
— Я... я надеюсь, что ты и... как ее зовут? — спросила она. — Если это не слишком...?
— Консуэла... это прекрасное имя, — сказала Кэрри, без горечи в голосе. — Я действительно надеюсь, что вы будете очень счастливы, — сказала она, пытаясь улыбнуться.
На ее лице появилось растерянное выражение, и Райан кивнул, увидев это.
— Ты знаешь ее, — тихо сказал он. — Она раньше работала в банке. Она была одной из той группы мужчин и женщин, которые подали иски о сексуальных домогательствах против него и других. Мой адвокат раскопал много информации о них. Мы... Консуэла и я... встретились, а остальное, думаю, уже история.
Райан наполовину ожидал, что тема его предстоящего брака всплывет во время встречи с Кэрри. Любые комментарии, естественно, включали бы имя его невесты. Хорошо составленное заявление, не было технически неверным ни в каком отношении. Но оно также не было, ни в малейшей степени точным.
Кэрри долго смотрела на Райана, ничего не комментируя.
— Ну... я все еще... надеюсь, вы оба будете очень счастливы, — наконец, произнесла она. — Я уверена, что она не причинит тебе такой боли, какую причинила я, — добавила она.
На этот раз в ее словах, как и в ее тоне, прозвучала нотка горечи.
Райан проигнорировал ее. Кэрри потеряла право на горечь, по поводу своего выбора. Он встал, но не сразу ушел.
— Я больше не приду сюда, — сказал он. — Консуэла и я... ну... ты знаешь.
Кэрри кивнула в знак понимания.
— Ну... прощай, Кэрри, — сказал он. — Я надеюсь... я надеюсь, что когда ты выберешься отсюда, все сложится для тебя хорошо.
— Спасибо, Райан. Я ценю это, — ответила Кэрри.
Она тоже встала, но постаралась, чтобы между ними оставался стол для пикника.
Райан кивнул и отвернулся. Он сделал шаг и остановился. Постояв немного, он снова повернулся лицом к
Монтаж