Поощряются у нас в клане в основном футки по решению Вейро Ники. Если какой-нибудь человек захочет быть съеденным, его желание исполнится просто так, сто́ит только его очереди подойти. Поэтому все любительницы деликатесов неустанно оттачивают свои желудочные навыки в доставлении удовольствия жертвам. Тут уж и само́й приятнее, и вкусняшки чаще выбирают тебя, если хотят кайфануть.
– А как часто вам приходится охотиться, чтобы не чувствовать голод?
– По-разному, – пожала плечами Полина. – Это зависит от того, сколько времени проводишь в форме зверя. Например, если совсем в человека не превращаться, то достаточно, наверное, есть раз в пару суток. А если всё время в человеческой форме находиться, то и обычной человеческой пищи достаточно. Можно вообще на охоту не выходить. Но тогда будет часто хотеться секса, да и скучно совсем без охоты. Так что мы выбираем компромисс, при котором раз в недельку съедаем добычу в половину своего размера.
Правда, живьём есть можно только людей. Ни с одним зверем Саи такое не прокатит. Любой из них все внутренности футке раскурочит, ко́ли у неё хватит глупости живьём его заглотить. Кроме того, если как следует разомнёшь добычу, поломав ей все косточки и панцирь, скатаешь в сосиску, то и чувствуется она гораздо нежнее, и переваривается быстрее.
Футка заметила кислое выражение на лице у своего собеседника и замолкла, с беспокойством глядя на него.
– Ты чего такой грустный? – спросила она. – Не бойся, тебе будет очень приятно, я обещаю.
– А я не за себя боюсь, – вздохнул Слава, – мне Сашу жалко.
– Почему? Вы же с ним не знакомы. Чего его жалеть?
– Блин! Ну как ты не понимаешь?! – воскликнул парень. – Он же человек живой и разумный. Он молод ещё, и у него вся жизнь впереди. А жизнь – это ведь очень ценная штука, нельзя насильственно её отнимать.
– Ой, да ладно! – небрежно отмахнулась Полина. – Вот на Сае люди да, действительно ценность. Там мужей и жён не хватает на всех. А у вас, на Земле, их миллиарды! Я даже представить себе эту численность не могу. Ещё немного, и вам на планете своей будет не протолкнуться. Вас даже специально подъедать надо, чтобы перенаселения избежать.
– Да что ж ты говоришь-то такое?! – рассердился Вячеслав.
– Знаешь что, не ной, ладно? Не поможет всё равно. Мне этого твоего Саню совершенно не жалко. Так что можешь даже и не стараться.
«Она права́, – услышал Живцов внутренний голос. – К морали взывать бесполезно. Эта футка – меркантильное существо. Нужно оперировать целесообразностями, чтобы её в чём-то убедить».
Слава вздохнул и крепко задумался, пытаясь в этой аховой ситуации найти хоть какой-то выход.
«У-у-у! Чёртова стрела! Теперь понятно, почему тебя назвали прожорливой! – мысленно выругался он и крепко до боли сжал зубы. – Но я должен спасти этого парня! Просто обязан это сделать!»
* * *
Живцов поднял глаза на собеседницу и столкнулся с упрямым взглядом. Каждая чёрточка её лица свидетельствовала о непримиримой позиции и намерении дать отпор любым уговорам. Это невольно вызвало у парня улыбку, и он не стал её прятать.
– Чего улыбаешься? – хмуро спросила девушка.
– Да нет, ничего, – ответил Слава. – Просто заметил вдруг, какая ты миленькая.
Полина слегка смутилась, опустив глаза, но пото́м вновь подняла их и гу́бы её растянула хищная улыбка.
– Нет конечно, – пожал молодой человек плечами. – Я уже понял, что это бесполезно, поэтому и не пытаюсь даже делать ничего такого. Нет в моих словах никакого расчёта. Ты действительно
Любовник моей жены трахнул меня в задницу!