их до пояса. Энтони лежал на боку, а его рука была протянута в направлении промежности Гленды, и, было видно, что он что-то шептал ей на ухо. Рука Гленды также находилась в области члена Энтони, при этом, казалось, что она смотрела прямо в камеру с выражением лёгкого блаженства на лице. Эта фотография задела Патрика больше всего, и он пожалел, что Джон Пирсолл не заменил её на что-нибудь менее откровенное. Этот момент интимной близости, которую Гленда должна была делить только со своим мужем, а сейчас делила со своим любовником, окончательно подтолкнул Патрика к той точке невозврата, после которой он уже навсегда утратил всё то хорошее, что когда-то испытывал к своей жене, преисполнившись решимости осуществить свой план.
Внимательно изучив каждую из фотографий в последний раз, Патрик положил все три в коричневый конверт, приготовленный им заранее. Он оставил конверт на кухонном столе, прежде чем вернуться в кресло, в котором провел большую часть последних двух дней, и взял пятый дневник.
*****
Ближе к полуночи два оставшихся дневника были закончены. Сидя в полной тишине и размышляя о том, что он узнал из прочитанного, Патрик с уверенностью мог сказать, что до того как начались последние события Гленда полностью соответствовала его представлениям о ней. На страницах этих шести дневников не было никаких неожиданных сюрпризов, и ничто не указывало на то, что она вообще когда-либо помышляла о том, чтобы изменить своему мужу.
Вместо этого Патрик узнал некоторые маленькие секреты, благодаря которым, он стал понимать её лучше, в тех ситуациях, которые были у них в прошлом. Прочитав её дневники, Патрик теперь отчётливо видел, насколько она была неуверенной в себе во многих отношениях. Единственное, что сразу бросалось в глаза и не вызывало никаких сомнений, это её безграничная любовь к нему. От этого Патрику было ещё больнее, и поэтому он категорически отказывался понимать её отношения с Энтони.
Но кое-что всё-таки стало для Патрика настоящим сюрпризом. Как оказалось, их встреча на том дне рождения много лет назад, была не случайной. Кто-то из её знакомых вскользь упомянул, что виновник торжества хорошо знаком с Патриком, и Гленда очень обрадовалась представившейся возможности с ним встретиться. Именно по её просьбе Патрик был приглашён на вечеринку, ну а остальное уже история.
Он настолько увлёкся чтением двух последних дневников, что только сейчас осознал, что Гленда больше так и не позвонила. Следующей его мыслью было то, что он ужасно голоден. Приготовив себе на скорую руку лёгкий ужин в виде сэндвичей и газировки, Патрик не переставал задаваться вопросом, что же подтолкнуло Гленду в постель к Энтони. Но как бы то ни было, каждый раз когда перед его мысленным взором вставали сцены, изображающие их вместе на тех фотографиях, это ещё больше укрепляло его во мнении о неотвратимости принятого им решения.
Было ли это из-за еды, которую он съел непосредственно перед тем, как растянуться на диване, или из-за его мрачных мыслей о предательстве Гленды, но в ту ночь он спал очень плохо. Часы показывали начало восьмого, когда Патрик оставил попытки поспать ещё немного и встал, чтобы начать день, который как он знал, будет очень трудным. Сегодня у него было много дел, и он решил, что ему следует начать пораньше.
В 8:30 утра он позвонил своему единственному из ближайших родственников, брату Самюэлю. Не сказать, что они как-то отдалились друг от друга, просто у каждого была своя жизнь, и им приходилось видеться довольно редко, не считая обязательного совместного ужина на Рождество. Всего каких-то две недели назад, они семьями отмечали рождественские праздники с Самюэлем,
Сентябрь. Море. Часть 1