Вскоре была определена ближайшая ко мне фигура. Облегченное, но измученное лицо моей сестры приветствовало мое возвращение в сознание болезненной улыбкой.
— О боже, ты в порядке! - Она поцеловала меня в щеку. - Слава богу, с тобой все в порядке...
— Что случилось, - слабо пробормотал я. Моя голова кружилась.
— Что случилось?! Этот зверь, которого мы называли нашим отцом, вырубил тебя! - Она помогла мне подняться на ноги и уложила на диван.
— Брук, моя голова... убивает меня.
— Не волнуйся, детка, я забочусь о тебе. Просто продолжай лежать.
Я оглядел комнату в поисках своих родителей. Там было пусто. Брук дала мне две таблетки аспирина, и я запил их стаканом воды. Она протянула мне пакетик со льдом, и я приложил его к своему новенькому фингалу. Затем она велела мне отдохнуть и вернулась только через двадцать минут, после того как таблетки ослабили мою головную боль до сносного состояния.
Она села рядом со мной и погладила меня по щеке. - Привет, милый. Ты чувствуешь себя лучше?
— Намного. Спасибо. - Я выпил еще один стакан воды. - Где они? - спросил я.
— Кто? Это животное и его жена?! - Она шмыгнула носом. - Они будут... они сейчас вернутся.
— Детка, почему ты плачешь? Я в порядке, правда.
— Я просто не могу поверить, что он это сделал... Мы уходим отсюда сегодня, Джош. - Она вытерла слезы и поцеловала меня в губы. - Ты меня слышишь? Сегодня.
Мгновение спустя вернулись наши родители, и между моим отцом и Брук завязалась грандиозная драка. При этом моя сестра и мать все время плакали. Я все еще был в оцепенении и не в фокусе, хотя химические вещества постепенно справлялись с этим, и через несколько минут моя голова стала достаточно ясной, чтобы я мог прокомментировать происходящее.
— Стоп, стоп, стоп, стоп, - прервал я их битву легких, медленно выпрямляясь.
— Джош, малыш, ложись. Твоя голова…
— Сейчас все в порядке. Я в порядке, милая.
— Тебе следует прислушаться к ней, прежде чем следующее, что я отправлю в твою извращенную физиономию, окончательно тебя добьет.
Брук бросилась на него, как кошка, защищающая своего отпрыска. - Если ты еще хоть пальцем дотронешься до него, я...
— Брук, милая, успокойся, - спокойно сказал я. - Иди, посиди со мной.
Моя сестра сердито посмотрела на папу, прежде чем сесть рядом со мной и рухнуть в мои объятия. Мама сидела на другом диване, вытирая последние слезы, в то время как папа стоял в нескольких метрах от нее, выглядя еще более сердитым, чем раньше, и потягивал виски.
— Ты выбросил это из своего организма? - сказал я, успокаивая сестру любовными ласками к ее восхитительному личику.
Он залпом опрокинул виски в глотку и со стуком поставил стакан на стол. Секунду спустя на моем лице появилась гримаса ярости. - Ты осквернил мою единственную дочь. Мою маленькую девочку. Ты надругался над ней, и...
— Он не осквернял меня! - Моя сестра вырвалась из моих нежных объятий. - Почему ты уже не можешь вбить это в свою тупую башку?!
— Не может быть, чтобы он не изнасиловал тебя. - Он налил себе еще стакан. - Ты, вероятно, не можешь вспомнить, потому что подавляла это в себе столько лет, но хороший психотерапевт вытащит это наружу, и тогда, мистер, - он залпом выпил второй стакан, - ты отправишься в тюрьму. Я даю тебе свое слово.
— Я уже говорила тебе, что встречалась по этому поводу с психотерапевтом, и она не могла в этом разобраться. Подобные вещи не должны случаться, но иногда они случаются.
Подслушанный разговор