на свою маму. Она громко выдохнула. Мы оба рассмеялись.
— Я все еще дрожу, - сказала мама. - Я потратила целый день на то, чтобы меня чуть не поймали.
— Ты сделала это. Но, мам, я думаю, тебе это вроде как понравилось.
— Да, наверное, так. - Дыхание мамы успокоилось, и она пристально посмотрела на меня. - Ты начинаешь узнавать меня слишком хорошо. Сын не должен знать некоторых вещей о своей маме.
— Я хочу узнать тебя намного лучше, мама. Намного лучше.
Мама сделала паузу и чуть было что-то не сказала, но промолчала. Вместо этого она шагнула ко мне и обняла за талию. Я почувствовал, как задирается моя рубашка, поднял руки, и мама сняла ее с меня. Ее глаза были широко раскрыты и полны голода... по мне. Она подняла руки, и я почувствовал, как ее ногти впились в мышцы моей груди. Она прижала их и провела ими вниз, по моим соскам и животу - недостаточно сильно, чтобы пошла кровь, но достаточно сильно, чтобы причинить боль. Но я не собирался ее останавливать.
Ее руки сомкнулись на поясе моих брюк, и она расстегнула их, а затем и вовсе стянула их вместе с трусами-боксерами, которые были на мне под ними, вниз по моим бедрам, пока вся моя одежда не оказалась свалена на пол, и я не остался стоять в прихожей такой же голый, как моя мама. Она надавила мне на плечи, и я последовал за давлением, пока не опустился на колени, прижавшись коленями к твердой, холодной плитке. Тогда мама надавила мне на грудь, и я лег на спину, пока мое тело не растянулось на полу. Мой член стоял прямо, полностью эрегированный, из-за моей лежащей фигуры, и без дальнейших промедлений мама взяла его и опустилась на него, как животное.
Он поднимался прямо вверх и проникал в ее опускающийся рот, до упора, пока ее губы не прижались к моим лобковым волосам. Я приподнялся на локтях настолько, чтобы видеть, что делает мама, и мне понравилось это зрелище. Мамино лицо, волосы, растрепанные и развевающиеся во все стороны, покачивались вверх-вниз над моей твердостью. Ее губы, плотно сжатые и влажные, прижимались ко мне.
У меня и раньше был минет, но никогда настолько хороший. Мама хотела доставить удовольствие не только мне, она хотела доставить удовольствие себе. Хотела взять и поглотить твердый член своего сына, зримое доказательство его желания и похоти к ней. Я не мог точно сказать, как мама это делала - языком, щеками, чем угодно, - но она обхватила ртом мой член по всей длине так хорошо, что это было так же приятно, как трахать любую киску, которая у меня когда-либо была. Вверх и вниз, все дальше и дальше. Мама не останавливалась.
Я тоже не хотел, чтобы это прекращалось. Она перенесла меня туда, где я никогда не был, и я не хотел уезжать. Я не мог дождаться, когда почувствую разрядку моего надвигающегося оргазма в ее рот и узнаю, что каждая его капля была в мамином животе.
Но я хотел и кое-чего другого, даже больше, чем минета, каким бы он ни был. Я хотел почувствовать себя внутри своей мамы, между ее ног, там, где, как я знал, мне суждено было быть.
Из-за постоянных движений маминой головы вверх-вниз и моего прерывистого дыхания было трудно произносить слова, но, по крайней мере, мне это удалось.
— Мама, мне это нравится. Но ты мне нужна. Мне нужно трахнуть тебя. Давай сделаем это. Сейчас. Мама, позволь мне трахнуть тебя.
"Родителей не выбирают".