Не останавливайся, я почти кончила! - Через несколько секунд после того, как я закончил, я почувствовал, как мамина спина выгнулась дугой, и она тоже вздрогнула от облегчения и радости.
После того, как мы закончили, мое тело рухнуло на нее. Я прижался щекой к ее лицу, и моя худая, упругая грудь прижалась к ее полным, спелым грудям.
Мы лежали так несколько минут - я не знаю, сколько. Пять, десять, я не знаю. Волна удовольствия захлестнула мое тело, и я почти задремал. Но не совсем. Я оставался настороже и бодрствовал, несмотря на сильное чувство израсходованного удовольствия, разлившееся по моему телу.
Я отстранился от мамы и встал над ней, глядя на нее сверху вниз. Она откинулась на спинку дивана, откинув руки назад и подняв ладони над головой. Ее волосы обрамляли лицо дикой белокурой гривой. Ее полные груди свисали с тонкой и слегка мускулистой груди и плеч. Ее губы были приоткрыты, а широко раскрытые глаза смотрели на меня.
Подъем напомнил мне о потоке влаги под моими шортами. Я расстегивал их снова и снова. Затем я позволил им упасть на землю и вышел из них. Я стянул с себя рубашку. Я стоял совершенно голый перед мамой. Мой член больше не был на полную длину, но я был рад видеть, что он все еще был длиннее и толще обычного, и как только он высунулся из моих шорт, мамины глаза были прикованы к нему.
Я наклонился, поднял шорты и использовал их, чтобы вытереть оставшуюся сперму со своего члена. Я бросил шорты обратно на пол.
Я снова стоял над своей мамой, и мой член висел примерно в двух футах от ее лица. Теперь она сидела на диване, и ее лицо было на одном уровне с ним. Она посмотрела на него, а потом подняла глаза на меня.
Я не знал, что на меня нашло. У меня всегда был дар болтать, и какое-то время я знал, что говорить девушкам. Но такое общение с мамой придало мне уверенности, которой я никогда раньше не испытывала. Я стоял над ней совершенно голый. Мой член болтался не более чем в пяти сантиметрах от ее губ, и я не чувствовал ни стыда, ни вины, ни нервозности. Что-то в этом казалось правильным. Казалось, все кусочки головоломки встали на свои места, и я почувствовал уверенность в том, что делать и что говорить.
Но я мог сказать, что мама была не совсем на месте. Я раскрыл ее желание покрасоваться, и я заставил ее признаться мне в своем желании. Мы оба пришли сюда вместе. Но я мог сказать, что она нервничала и не была уверена в том, что мы делаем, хотя ее телу это нравилось.
Я точно знал, что хочу продолжать настаивать на своих отношениях с мамой. Я думал, она будет восприимчива, если я отнесусь к этому правильно. Я просто должен был поддерживать все в нужном темпе и в правильном ритме.
— Тебе нравится то, что ты видишь? - спросил я ее.
Она слегка усмехнулась и наклонила голову взад-вперед, оценивая мой член с двух сторон. Затем она снова посмотрела на меня.
— Впечатляет, - сказала она.
— Как по сравнению с папиным? – спросил я.
— Ты очень назойлив с вопросами, непослушный мальчик, - сказала она. - Это была единственная область отношений с твоим отцом, где у меня не было никаких претензий. Но ты мог бы быть немного крупнее.
Она рассмеялась. - Не забивай себе этим голову.
Я ухмыльнулся.
— Это не то, что станет большим, мам. Это мой член станет большим, если ты продолжишь вот
ПО СОБСТВЕННОМУ ЖЕЛАНИЮ, или, ДРУГОГО ВЫХОДА НЕТ. Часть 1.