ВНУТРИ меня. — Она начала приподниматься на локтях, глядя на меня с выражением чистой похоти. — Я уже говорила тебе прошлой ночью, что ты можешь получить мою девственность.
Я сел на пятки и вытер мокрый подбородок предплечьем.
— И я невероятно польщен тем, что ты вверила мне её, но… я имею в виду… ты вообще защищена?
— Можно использовать презерватив.
— У меня нет презерватива.
Белль выпрямилась и взволнованно посмотрела на меня.
— Что за парень-подросток не имеет презервативов?
— Из тех парней, которые посвятили себя КБС, и все они клялись, что никогда не будут заниматься со мной сексом!
— Мы никогда не клялись в подобных вещах!
— Подожди, правда?
— МЭТТИ!
— Ладно, ладно, отвлекся. — Я поднял руки и замахал ими, защищаясь. — И, если серьезно, Белль. Мы не можем. Не так.
— Что не так? В твоей комнате? На твоей кровати?
— Нет, не это. Я… я просто не могу. — Я потер лоб и поморщился.
Белль знала этот взгляд. К этому времени она хорошо его знала. Это был взгляд, который сказал ей, что я взаперти, потому что я все еще думал о ней, как о младшей сестре, и она подняла указательный палец и погрозила им мне.
— О, нет. О нет. НЕ говори мне, что мы не можем заниматься сексом, потому что ты видишь во мне свою младшую сестру.
Я покраснел, отвел глаза и пожал плечами.
— Ладно, я тебе этого не скажу.
— Черт возьми, Мэтти! Разве я не красива?
— Конечно же.
— Разве я не ебабельна?
— Конечно, более чем.
— Разве ты не смотришь на это обнаженное тело и не думаешь о том, как восхитительно было бы погрузить этот большой великолепный хуй в мою девственную киску?
— Конечно я думаю! — Я смотрел вниз на ее припухший розовый кусочек рая, с блестящими струйками девичьих соков, стекающих по ее щели. — Но, но…
— Не смей, блядь, говорить это!
— Я этого не говорю! Я этого не говорю!
— Тогда ПОЧЕМУ мы все еще говорим об этом?!? — закричала Белль в потолок, не настолько громко, чтобы ее отец услышал из соседнего дома, но довольно громко. — Я хочу. Ты хочешь. Почему этого недостаточно?!?
— Я не знаю!
Закатив глаза и покачав головой, Белль повернулась и скатилась с моей кровати, как рыба с палубы, пытающаяся вернуться в воду. В конце концов ей удалось подняться на ноги и начать искать свою одежду.
— Белль… прости… — захныкал я. — Я тебя люблю. Я хотел бы преодолеть этот блок, правда.
Слово на букву "Л" привлекло ее внимание, и она тут же замерла. Быстро моргая, она посмотрела на меня и изогнула бровь.
— Ты…? Ты действительно любишь меня?
Мой разум метался, я едва мог совместить три мысли. Но я знал ответ с абсолютной кристальной ясностью, поэтому совершенно серьезно заявил:
— Да. Я тебя люблю. Всегда любил.
Глаза Белль сузились, и какое-то время она смотрела в потолок, прежде чем вздохнуть и покачать головой.
— Но ты любишь меня как младшую сестру, верно?
Я беспомощно пожал плечами.
— Ты сказала мне не говорить слово на букву "с".
Еще более энергично помотав головой, Белль сосредоточилась на том, чтобы снова надеть трусики и штаны, а затем снова застегнула лифчик на спине и, наконец, расправить плечи в свитере. Так как я не раздевался, я просто сидел в кресле за столом, наблюдая, как она одевается, без малейшего возбуждения.
Полностью одевшись, Белль повернулась ко мне лицом и скрестила руки на груди. Ее челюсть была сжата, а бледно-зеленые глаза СЕЙЧАС сверкали, как у какого-то злого робота. Несмотря на то, что я был буквально на
ВСЕ КАК БЫЛО....