на кухню ушли, сейчас нас хватятся. Наспех поправив волосы на голове, Надежда поднялась с кровати и, одёрнув на бёдрах платье, коротко поцеловав головку Верушки, ушла на кухню.
Обожаю моих девочек. – удовлетворённо заключила Веруша, доставая из рюкзачка салфетку с номером телефона, записанного Сергеем. Позвонить можно только из кухни, но там домочадцы. Из прихожей раздался звонок. Веруша вышла из комнаты и услышала восторженный голос своей матери.
– Семья! Наши мужчины дома. Встречаем наших героев, девчонки! Дайте вас рассмотреть голубчики.
Верушка растолкала собравшихся в прихожке и кинулась на шею Дмитрия Михайловича.
– Папуленька! Поздравляем тебя, миленький. Хоть один уравновешенный мужик в доме. Остальные под вопросом... – уточнила она, смерив презрительным взглядом стоящего в сторонке Костика.
Верушка, утерев рукавом губы, повернула лицо Михалыча к себе:
– Разрешите, товарищ генерал-полковник, от всей души! – прочувственным голосом воскликнула девчонка, впившись в губы растерявшегося Князева.
– Верка, подлая, отстань от моего мужика. Комедиантка чёртова! Братца не забыла, поздравить? – возмутилась мать, оттащив дочку от Михалыча.
– Сёмочка, – растроганно взвыла Верушка, обнимая брата, – подполковничек мой родненький! Позволь поздравить тебя твоей первой ученице, – Верушка чмокнула брата в губы и в обе щеки, – это мой классический, ученический, остальное получишь от наших Валюши и Надюши. А погончики береги, мне отдашь, когда у папули генеральские возьмёшь, но это когда его внуками завалим, не раньше.
– Будет тебе языком молоть, дочка, – вновь одёрнула Татьяна Николаевна Верушку, – расфантазировалась не на шутку. Мальчики, переоденьтесь в домашнее. Валюша придёт и будем садиться за стол.
* * *
Все разошлись по комнатам, а Верушка набрала номер телефона Сергея.
– Привет любовник, ты меня ещё не расхотел? – понижая голос до шёпота, спросила Веруша.
–
– Рада за тебя Зимин. Твоя засранка не угощала тебя помидоркой? Тогда можно встретиться, пожалуй, я не против, только свою подружку не приводи.
–
– Да дружи с кем хочешь. У меня тоже свой друг есть. Я ведь тебе говорила. Мы с тобой даже любовниками ещё не стали. Не переживай, Серенький, у нас всё получится!
–
– Тут у меня народ топчется, не хочу, чтобы слышали. Кстати, а ты сможешь ко мне на всю ночь?
–
– Я не спрашиваю тебя, хочешь или нет? Может со мной и хочешь, а с Ленкой точно сможешь. Тогда парочку резинок захвати или мне самой у мамки просить?
–
– Ладно, не обижайся, ты меня больше обидел. Короче, к девяти у меня на остановке. Квартира не моя, кормить тебя нечем. На кофе в постель можешь рассчитывать, если опять меня не обидишь. Всё, изменщик, до встречи!
Вскоре пришла Валентина и Татьяна Николаевна позвала всех к столу. Веруша кивнула Надежде Сергеевне на стул, рядом с собой и тактично заметила вполголоса:
– Надюш, дай людям рядом посидеть. Не всё ж Сёмке за тёщу держаться... А Мурзик куда мылится? Иди к своей хозяйке за икоркой.
– Вер, хватит всех рассаживать по местам, не в кино пришли, пусть садятся куда хотят, – прервала неуёмную энергию дочери Татьяна. – Костенька, дружок, садись хоть со мной.
– Мальчику креплённые вина не наливать, а то опять всю ночь в песочнице из кошачьего говна куличики лепить будет.
– Не куличики, а круассаны, – уточнил «кондитер».
– Кошки по стольку не гадят, – ехидно напомнила Верушка, - хотя, Мурзику виднее.
– Очень своевременная тема для праздничного стола, – вспыхнула Татьяна Николаевна, прихлопнув ладонью по столу, – Дима, уйми свою любимицу, черт побери эту девчонку!
– Действительно, Верунь, будет тебе, чего ты пристаёшь к Косте? Что за скандал в
Залупа сибирского лося