– Мной особо не покомандуешь, парень, я тебе не Сима. И не вздумай ко мне друзей зазывать. Мне твои помощники не требуются. Не для меня эти развлечения. Даже не понимаю, зачем это Симке было нужно. Но там, видать, Женька заставил, только ей в том, что за радость была?...
– Захочешь, Надюш, могу устроить. Симе нравится. Поначалу спрашивала Женьку обо мне, а потом молча ждала и радовалась моему приходу
– Слушай, паршивец, сдрысни в тюбик, и сопли свои втяни, – раздражёно прервала она Гришутку, – а то больше меня не увидишь. А этой извращенке я ещё надаю по заднице. Развезло дуру на старые дрожжи, больно грамотная стала, зараза.
Тем же вечером, сидя на кухне у Серафимы, женщины помянули своего злополучного любовника. Закусывая водку котлетами с картофельным пюре и салатом, они молча смотрели на рюмку Женьки, прикрытую ломтиком хлеба. Надежда Сергеевна вздохнув, перевела тяжёлый взгляд на свою соседку и спросила:
– Ты скажи мне, греховодница, зачем меня тогда к себе зазвала? Сама что ли надумала или мужики заставили?
– А тебе, Надьк, не понравилось, что ли?
– Ты не юли, как уж под вилами. Групповушку хотели затеять, а Гришка отпираться не стал. Сдал вас, мерзавцев, с потрохами. Додумались тоже мне, один скорострел, другой тормоз. Я сразу поняла, когда ты мокрая в прихожку выскочила.
– А чего отказываться-то? Приди пораньше, Женька тебя бы враз уложил рядом со мной. Но кайф получила бы по полной, Надюш. Напоследок в жизни всё попробовать не грех.
– Бог миловал от такого кайфа.
– А Групповуха ничем не хуже лисбейства, – упрямо заявила Симка.
– Ну, конечно, ты же у меня готовый специалист по внебрачным забавам. Куда мне за тобой угнаться. Этак хоть дом свиданий впору открывать.
– Дом не дом, а от пары молодых ребят я бы не отказалась. Для кого себя беречь, Надь?
– То-то ты помолодела, тебя и бабы уже не так интересуют после мужиков... Ступай в ванную. Ты мне должна, если не забыла.
* * *
После звонка Серафимы Витальевны, Виктор осторожно передал трубку Клавдии.
Преждевременное знакомство с будущей тёщей ни к чему, с досадой подумал он про себя. Чёрт меня дёрнул хватать трубку. Ещё примчится сюда ни свет ни заря за объяснениями, какого чёрта делает посторонний мужик в квартире дочери. Да ещё вспомнит меня, когда я жил у Валентины...
После короткого разговора с матерью, Клава с расстроенным лицом позвала Виктора за стол завтракать. Даже с косметикой на лице у Клавы, Виктор заметил лёгкую бледность девушки. На вопрос, что случилось, она лишь отмахнулась.
– Тебя, Витюш, это не касается.
Но, подняв глаза на парня, она наткнулась на пристальный взгляд любовника.
– Мама сообщила, что мой бывший отдал богу душу и просит попрощаться с ним в день похорон.
– Клашенька, ты плохо себя чувствуешь, милая? На тебе лица нет.
– Нет, Витя, со мной всё в порядке. Ешь яичницу, пей кофе...
Внезапно Клава резко вскочила и, зажав рукой рот, выбежала из кухни, захлопнув за собой дверь.
Что с ней, расстроилась, наверное? Подумал Виктор, накалывая ломтик жаренной колбасы на вилку. Вскоре он услышал звук сливного бочка, журчание воды над раковиной и быстрые шаги из ванной в спальню.
Озадаченно хмыкнув, он поднялся из-за стола и пошёл за Клавой.
– Клаша, ты не принимай так близко к сердцу, все мы смертны...
– Других вариантов моего плохого самочувствия у тебя нет?
– Что, колбаса просроченная? Может «Ношпу» выпьешь? Мне помогает от расстройства желудка.
– Тут «Ношпа» не поможет, Витюш. Кончно, это следовало предполагать, но всё
Мой отдых