на прощание. После их ухода Джилл решила, что нам с ней было бы неплохо обняться и посмотреть какую-нибудь романтическую комедию, и я согласился.
Было уже за полночь, когда мы сходили в ванную, разделись и забрались в постель. В доказательство её благоразумия, Джилл попросила меня лечь так, как я это сделал бы с Энни, что мы и сделали.
Она чувствовалась прекрасно, и я заснул, совершенно блаженный.
***
В воскресенье утром мы с Джилл лениво проснулись и не спеша позавтракали. Затем она отправилась заниматься своими делами, а я доделывал кое-какие свои дела. В тот вечер у меня была работа, так что я вернулся к привычной для меня рутине.
Поскольку университет все ещё был на каникулах, никаких проблем не предвиделось. То же самое я ожидал для вечеров понедельника, вторника и среды.
В среду перед отъездом на работу я собрал сумку для рождественского отдыха у своих родственников. Я отправился в дорогу прямо с работы и планировал по приезду побыть в тишине и пробраться в свою комнату, чтобы немного отдохнуть перед тем, что должно было произойти в канун Рождества.
Даже с приличным плейлистом у меня всё ещё оставалось время попытаться представить, как прошел тет-а-тет Энни и Джилл, и как Энни на самом деле отреагирует на маленькую оргию, которая теперь увековечена на со вкусом отредактированном видео на флэш-накопителе в моём рюкзаке. Если сестрёнка действительно не будет ревновать, и они с Джилл продумают все девчачьи вещи, которые нужно было решить, мы могли бы быть действительно замечательным трио.
Или это может стать самой страшной катастрофой в истории. Во всяком случае, моей истории. Я пытался отвлечься от мыслей об оргии, но это не сработало. Или, на самом деле, это сработало... Мой член спорил с ремнём и рулём из-за территории. Временами это было болезненно. Поэтому я вернулся к прослушиванию своих мелодий и на какое-то время вычеркнул реальность. В конце концов я въехал на подъездную дорожку к дому моих родителей сразу после 6 утра. На улице было ещё темно.
Из вещей у меня был только рюкзак, поэтому я вышел из машины так тихо, как только смог, и вошёл в дом. У меня всё ещё был ключ от дома, и я старался вести себя как можно тише.
Я прошёл через темный дом к своей комнате и тихонько закрыл за собой дверь. Включил свет, ожидая увидеть Энни в своей постели, но её не было. Поэтому я отложил свой рюкзак, разделся и заполз в постель, погасив свет. Если мне повезёт, они увидят мою машину, узнают, что я приехал, и будут добры ко мне настолько, что позволят немного поспать. Отключился я в течение пяти минут.
Когда же проснулся, солнце уже взошло и пробивалось сквозь шторы, и я был не один.
— Эй, Старший Брат... — рядом со мной раздался тихий голос Энни.
— Эй, сестрёнка, — простонал я, поворачиваясь к ней лицом.
Как и я, она была голой под одеялом.
— Не рискуешь ли ты, оказавшись со мной в постели в... — Пришлось посмотреть на часы на комоде. — Почти в полдень? Средь бела дня...
— Немного... Но не совсем, — ответила она, наклоняясь для поцелуя.
Типа я собирался отказаться? Как бы то ни было, она продолжила:
— Мама и папа знают, что я нахожу в тебе утешение и чувствую себя с тобой в безопасности. Ты не собираешься делать что-то выходящее за рамки. Я могла бы, например, проскользнуть в твою постель голой, но ты будешь джентльменом и не сделаешь ничего такого, чего я не захочу, чтобы ты делал... И, кстати, я должна сказать
Сестрёнка и чудовище