Так вот три типа: первый, — вполне здоровые и ходячие; второй, — попросту калеки, без рук или ног, они жрут, срут, лежат, портят воздух.
Ну а третий — живые трупы, как овощи. Как понимаешь, все они возникают не из воздуха, а из детских домов.
Короче: ты был на войне?
Нет, а я бывал в Афгане. Дело не в этом.
Как поступает командир с тяжелоранеными в окружение, когда нет вообще вариантов?
Не знаешь? А я знаю.
Пристреливает их.
И знаешь почему?
Да чтобы они не попали в плен, не мучились дальше.
Понимаешь мысль?
Тот третий тип, мы, их пристреливаем, Убиваем без мучений. Один укол и всё.
Хочешь спросить какой смысл в этом?
Деньги. Деньги и надежда на будущее.
Мы забираем у них органы для трансплантологии больных людей, которые действительно нуждаются в этом.
Пойми! Мы как бартер: они дают нам органы, а мы им лёгкое избавление от этого ада в кровати.
Первый тип, на них дают разные квоты и скидки, кроме выделяемых денег.
Ну а второй тип, просто никчемный: ни рыба, ни мясо.
Самый доход, с первого и третьего типа.
Короче: ситуация такая, — в соседнем городе есть детдом инвалидов.
Я в нем имею свои интересы.
Скоро в него прибудет новая партия детей инвалидов, из Подмосковья, из Переделкина, если ты знаешь.
А не знаешь? Это хорошо, меньше знаешь, лучше спишь по ночам.
Но перед этим, в тот детдом приедет человек, чиновник из Минздрава, распределяющий инвалидов.
Он привезёт документы на них.
Мне нужно чтобы мой человек, появился там.
Отсортировал тех инвалидов по типам.
Нужны годные: первый тип и третий, ведь за них плачу бабки.
И очень хорошие бабки.
Понимаешь, тут не пошлешь абы кого, вроде Боба или Тайсона, нужен человек с понятием, вроде тебя. Ты же детдомовский, разберёшься на месте, что, да как.
Да нет, детдомовский раз ты здесь, в детдоме, то можешь считаться таковым. Отныне посвящаю тебя в детдомовского пацана.
Согласен? Вот и хорошо.
Завтра приходишь сюда, прыгаешь в тачку с Вадиком, едешь в Эн-ск.
Далее сортируешь типов, платишь бабки из «дипломата».
Моего «дипломата», не забывай. И можешь валить назад.
Да, оденься приличней. Пиджак, галстук с рубашкой
— Вот аванс, — Тони достал из пиджака толстую пачку денег, положил на стол, пальцем медленно придвинул ко мне. — Зайди в бутик. Тут хватит на всё.
С твоим директором разберусь, прогула не будет.
Тогда не знал, что это элементарный распил бюджета государства, и черный рынок торговли органами. Я сидел и попросту охреневал от всего услышанного.
Хотя, что тут говорить, Тони всегда меня чем-то ошарашивал.
Рассказами, про постель.
Он мне предлагал девушек, — отказывался, ведь верил, в двадцать лет в непродажную любовь.
Тони в особняке, он сам рассказывал, устроил оргию.
Несколько красивых обнажённых девушек становились раком, в круг.
Чтобы их попы были совсем рядом. Их десять, или больше.
Посередине этого круга Тони, и его друзья, банкиры и бизнесмены, — сношали в разные места тех девушек.
Смысл был в том — кто быстрее кончит, тот проиграл.
Сама игра называлась «одуванчик».
Кстати, как узнал потом, даже в советские времена, столичные метрдотели и мажордомы, — знали, что это такое; игра в «одуванчик».
Наверно мода пошла оттуда: вызывать десять женщин на двоих богатеньких «буратин». Не осуждаю, всех, кто участвовал в оргиях: каждый живет, как может.
На «лекциях от Тони», он приводил реальные примеры из жизни, вроде таких: один чиновник кинул банкира, или: один бизнесмен заказал убийство другого бизнесмена, притом, что они оба были друзьями, но не поделили молодую любовницу в итоге.
Или: двое городских драгдилеров попались на крупном сбыте товара, теперь они требуют, чтобы их вытащили из СИЗО любой ценой, иначе они сдадут всё, что знают, и кого знают.
Тони раскрывал подробности и детали каждой ситуации, описывал характеры, давал предварительную
первый раз. Часть 2