еда переварилась, мы отправились в постель. Я попытался трахнуть ее в миссионерской позе, но она, как обычно, взяла на себя инициативу и оказалась сверху. Хотя я мог бы побороть ее (ха-ха) и доминировать над ней, это не входило в мои намерения. Я пытался понять, смогу ли я повторить ту эйфорию, которую испытывал с Шарлин, с Мелиссой.
В конце концов, у нас было два очень приятных с физической точки зрения секса, прежде чем мы заснули. Однако первый из них был почти безнадежен в эмоциональном плане, а второй доставил мне примерно половину такого же эмоционального удовлетворения, как мои занятия любовью с Шарлин.
Следующим вечером Мелисса была готова продолжить нашу беседу, но я отложил ее по нескольким причинам. Мне нужна была ясность ума, прежде чем я смогу поговорить с ней снова. У меня был настоящий внутренний конфликт по поводу того, что я собираюсь делать дальше. Однако одно было ясно - я собирался заставить Джона Питерса заплатить.
Конечно, с моей стороны было, по крайней мере, отчасти лицемерно желать выбить из него все дерьмо. Конечно, с моей стороны это было как у пещерного человека и потенциально рискованно. Конечно, мне следовало быть более оптимистичным по отношению к нему, особенно учитывая, что именно его реакция на Мелиссу вынудила ее признаться. Но мы такие, какие есть, и нельзя вырасти и заниматься легкой атлетикой, бизнесом и любовью, как это сделал я, и просто простить такой проступок, как у Питерса.
Убедившись, что видеосистема в моем строительном трейлере обеспечит мне алиби, показав видео со вторника как с четверга, я получил информацию о расписании клуба здоровья Питерса, по которому он тренировался в четверг в полдень. Пропустив обед, я нанес ему визит, полностью изменив выражение лица и одежду. Конечно, я не мог скрыть тот факт, что во мне было 190 сантиметров, и 105 килограмм, но я был уверен, что видео с моим строительным трейлером обеспечит мне алиби, даже если он заподозрит, что это был я. Я сжалился над ним, когда он съежился, и только вывихнул ему правое плечо, а не сломал руку в локте, что было моим первоначальным планом. В его глазах промелькнуло узнавание, когда я прорычал: - Ты знаешь, за что это, блудник!
************
Копы ко мне так и не обратились, но Мелисса обратилась в пятницу вечером после работы. Сначала она пыталась вести себя беззаботно, но я чувствовал, что внутри у нее все кипит.
— Угадай, кто пришел сегодня на работу с правой рукой на перевязи? - небрежно спросила она, когда мы ели китайскую еду на вынос.
Откусывая от курицы Кунг Пао, я так же небрежно ответил: - Понятия не имею. Кто это?
— Джон Питерс, - парировала она, снова стараясь быть невозмутимой.
— Действительно? Что с ним случилось? Какой-нибудь муж женщины, с которой он трахался, причинил ему боль? – ответил я, не глядя ей в глаза, и сразу же добавил: - Не могла бы ты передать мне еще немного жареного риса с говядиной, пожалуйста.
— Возможно, - хихикнула она, передавая рис, и ее хладнокровие начало сдавать. - Знаешь, что он мне сказал? Он клялся, что не звонил тебе и не рассказывал о нашем сексуальном контакте. Он клялся, что у него не было фотографий, - продолжила она, когда ее хладнокровие начало ослабевать.
— Я никогда не говорил, что он мне рассказывал или что у него были фотографии, - ответил я.
— Тогда как ты узнал? - огрызнулась она.
— Ты сказала мне, - ответил я, начиная по-настоящему наслаждаться ее тревогой.
Глубина падения. Часть 1