активным участником того, что произошло, или я был полностью пассивен? Похоже, что в некотором смысле я оказался плохим мужем. Через несколько часов я решил, что мне на самом деле все равно. Я больше не чувствовал необходимости обвинять или придираться. Что сделано, то сделано, и этого не изменить. Пора двигаться дальше.
Я пожалел, что у меня не было с собой свидетельства о рождении, паспорта и прав на машину. Я бы справился или придумал, как их достать. У меня были ноутбук и портфель. Я мог бы обойтись автомобильным зарядным устройством для мобильного телефона, потому что все равно не стал бы им часто пользоваться. Моя медицинская страховка все еще действовала в течение девяноста дней, но я не планировал болеть.
Примерно через час после вылета из Балтимора я позвонил жене Боба Торренсона. Оказалось, что Боба уволили в то утро по неустановленным причинам, по крайней мере, так он сказал своей жене. Она поблагодарила меня за то, что я объяснил ей все более подробно, и пообещала дальнейшее возмездие, как для нее, так и для меня. Я чувствовал, что это меньшее, чего он заслуживает. Я позвонил Грейс и сообщил ей, что приеду.
— Добро пожаловать, мой своенравный брат. - Грейс сидела на крыльце, когда я подъехал. - Твоя жена дважды звонила, пыталась тебя разыскать, но не сказала, почему это так важно или почему ты, возможно, собираешься навестить свою сестру. Я подозреваю, что сейчас ты мне все расскажешь, или мне придется надрать тебе задницу.
На крыльце стояли четыре кресла-качалки и холодильник, в котором, как я знал, должно было храниться пиво. Грейс была старше меня и немного умнее, или, лучше сказать, мудрее. Я плюхнулся рядом с ней.
— Судя по выражению твоего лица, я могу только предположить, что ты этого не ожидал?
— Я этого не предвидел и никогда не ожидал. Твой младший брат ослеп и нуждается в утешительных словах. - Грейс с жалкой улыбкой протянула мне холодную бутылку пива. Кресла-качалки были установлены как раз так, чтобы мы могли опираться ногами на перила крыльца и наблюдать за проезжающим мимо транспортом. Грейс и ее муж Карсон купили старый кирпичный двухэтажный дом двадцать лет назад. К счастью, Карсон оказался очень кстати, потому что ему пришлось заменить половину дерева в нижней части здания. Термиты - настоящий ад во влажных прибрежных районах. Это принесло свои плоды, потому что теперь это было частью исторического района Саванны.
— Я предполагаю, что это неверность. Я права?
— Да.
— И кто же этот негодяй, который изменяет: Марси или Джон?
— Ну, я слишком непригоден в социальном плане, чтобы когда-либо встретить другую женщину, так что, должно быть, это была она. - Грейс на мгновение задумалась. Я не пытался быть милым, но мне было трудно признаться в том, что моя жена изменила мне.
— Боже, Джон, этого я не ожидала. Я никогда не думала, что Марси способна на что-то подобное. Как все это произошло?
— Не знаю, и мне все равно. Оказалось, что она переспала с моим боссом, и он начал отправлять меня из города в командировки, чтобы они могли быть вместе. Мне просто повезло, что я узнал об этом. Я понятия не имел. Я ничего из этого с ней не обсуждал. Я только что ушел.
— Есть ли вероятность, что ты ошибаешься?
— Нет. Она солгала мне в лицо, когда это происходило. Она сидела с ним в ресторане, а мне по телефону сказала, что дома, занимается стиркой. Я был в десяти метрах от нее и наблюдал за ней. Ошибки быть не
В летнем душе