— У вас там табличка «Требуется уборка». Я думала никого нету.
— Так я её ещё перед обедом повесил. Что-то долго вы идёте. Вернулся уже. Кстати, меня Гарри зовут, - представился он.
Ещё и виноватой меня выставил гад!»....
Дальше шло много рассуждений, в которых моя жена сокрушалась по поводу того, что тот самый постоялец, как будто специально провоцирует её, встречая её голым. То уснёт на кровати, откинув одеяло и выставив наружу причиндалы, то начинает переодеваться, когда она убирается в ванной комнате и встречает её со спущенными штанами. Я думаю, он и на самом деле таким образом «играл» с моей будущей женой, увидев её неподдельный ужас и дикое смущение от вида голого мужика. К тому же, судя по описанию, ему было чем гордиться и в плане накачанной фигуры, и в плане члена. По крайней мере Ирина, в своих описаниях, частенько именовала его не по имени, а называла культуристом.
Удивили меня нотки грусти, проскользнувшие в описании того, что постоялец уехал и больше она его не встречает. Но ещё больше то, что Иришка стала специально входить без стука в двери номеров, где проживали одинокие мужчины. Однако ничего интересного не увидела, лишь однажды долго стояла под дверью номера, за которой парочка очень громко занималась любовью, но так и не смогла перебороть страх и приоткрыть дверь, чтобы подглядеть. А на страницах дневника жалела об этом. Всё-таки моей скромнице в то время не чужд был интерес к такого рода вещам. Но вернёмся к нашим баранам. То есть к душевым.
В один прекрасный день... или ужасный, тут уж как посмотреть, Иришка после трудового дня решила понежиться под струями горячей воды в душевой, которая находилась в конце длинного коридора. Сразу она не обратила внимания на отсутствие привычного щелчка при закрытии замка. Это уже позднее поняла, что замок был специально испорчен. Она вскрикнула от неожиданности, когда чьи-то руки обняли её и сзади прижалось голое тело. Но ещё больше испугалась, когда обернулась и увидела Лукаса, который ухмылялся своей противной улыбкой. Она хотела оттолкнуть его, но этот юркий мексиканец умудрился увернуться, да так, что Ира оказалась снова в его объятьях, только теперь они стояли лицом к лицу:
— Ну чего ты, сучка, дёргаешься? – сказал он, не стирая улыбки с лица, а руки опуская на её попку.
— Я сейчас закричу! – испуганно взвизгнула Ира.
— Да мне посрать! Всё равно все на ужине, - не прекратил гадко улыбаться мексиканец и его руки принялись сжимать её булочки.
— Что тебе надо? Уйди отсюда! – Ирина почти кричала, но понимала, что Лукас прав. Эта ванная комната и так находилась вдалеке от жилых комнат, а с учетом того, что начиналось время ужина и вовсе вряд ли её кто-то услышит.
— Сама знаешь, что мне может понадобиться от такой шлюхи, как ты.
Лукас дёрнул низом живота, и Ирина почувствовала, как её ноги коснулся его член. Она вздрогнула и посмотрела вниз. Член его слегка поднялся, но всё равно выглядел далеко не так устрашающе, как член того культуриста, который любил встретить её голышом в своей комнате. Именно это почему-то слегка успокоило Ирину, хоть она и не перестала дрожать всем телом.
— Нет! Я не могу! Я никогда! – начала причитать Ирина.
Она прижалась спиной к кафельной стене и не знала, что делать.
— Чё, в натуре целка что ли?
Непонятно, что мексиканца убедило больше. Слова Иры, или то, что он так и не смог уличить её, или ужас при виде голого парня в её глазах. Но он
А был ли мальчик?