грамотно подготовленная оборона. Но есть в ней один большой просчёт: Они не выставили дозоры, секреты и патрули на господствующих высотах, а они (высоты) окружали резиденцию с трёх сторон. Это простительно, если у штурмующих не будет дальнобойного оружия. Но на их беду, у меня оно есть, а значит с них (с этих высот) и будем бить! С севера и запада располагался высокий горный хребет, а с южной стороны – огромная гора с крутыми склонами. Горы здесь были без скальных выступов, а значит не требовали специальной альпинистской подготовки, но требовали хорошей выносливости и осторожности. При планировании операции капрал настаивал, чтобы я зашел с северо-востока. Но, во-первых, я уже был у подножия южной горы, а перебегать на километр правее не хотелось. Во-вторых, так бы я не вскрыл и не уничтожил засаду, которая создала бы нам кучу проблем во время штурма.
Я опять решил применить свою излюбленную тактику – кинжальный снайперский огонь с большого расстояния. Так до меня не дотянутся ответным огнём из штурмовых автоматических винтовок, во всяком случае прицельно, а так, если только на излёте. Риск приемлемый.
Ноги не чувствовали усталости, наверное, выброс адреналина. Отходняк будет потом, позже, а сейчас главное успеть! Быстрее! Наконец я достиг вершины, осторожно стал приближаться к её краю, чтобы хотя бы часть резиденции оказалась у меня в поле видимости. Вот... уже видно... ещё немного... я присмотрел место в расщелине камней, чтобы всему не высовываться... ага... вот так! По рации я на связь не выходил, но слышал, что основная группа уже на исходной и готова к штурму. Слышал их разговоры. А меня они сейчас услышат – моя винтовка стреляет оглушительно громко.
В первую очередь я поразил пулемётчика на пикапе – они могли создать много проблем. Второго не успел. Ворота распахнулись, и тачанка 21 века со станковым пулемётом выехала из ворот. За ней вторая, не понимая, что уже без стрелка. Обе машины были подбиты в упор из противотанковых гранатометов. Молодцы ребята! Дальше начался невообразимый шум – стреляли все и во всё. Стрелял я, стреляли в меня, стреляли ребята из моей группы, стрелял противник. Но самое главное, тяжёлого вооружения у них больше видимо не было, осталась только стрелковка, а это нам пара пустяков! Я вёл огонь планомерно и хладнокровно, как в тире, отмечая краем глаза то тут, то там, взвивающиеся фонтаны земли, камней, пыли, глухие шлепки клюющих носом пуль. По-хорошему, надо бы сменить позицию, но, воюя с туземцами, многие (в том числе и я) самонадеянно пренебрегали простыми правилами безопасности, некоторые за это и поплатились. Да и расстояние тут слишком большое для них.
Я методично крыл всех, кто находился в зоне моей видимости. Наши уже ворвались внутрь, и большая часть противника переключилась на них, а я делал свою работу, не испытывая жалости или сочувствия. Наконец, почти все замолчали, организованная оборона рассыпалась, остались лишь отдельные редкие очаги сопротивления. Я ещё раз осмотрел виллу и окрестности – вроде всё, - спустился с горы и побежал к распахнутым воротам. По пути попались обгорелые остовы сожженных пикапов с обгорелыми трупами и два сгоревших розовых лимузина премиум класса – в них я даже не стал заглядывать. Всё внимание на ворота и пространство за ними, максимальная концентрация. Я убрал винтовку за спину – она в ближнем бою ни к чему, пользы немного, и достал пистолет. Медленно вошёл в раскрытые ворота, озираясь по сторонам, осторожно заглянул за угол – правый, затем левый – никого... Короткой перебежкой к стене дома, развернув оружие в сторону
Рабыня Мадлен. Продолжение