— Я готова съесть лошадь, а возможно, и не одну. Мы идем есть? — Катя явно была недовольна, что мы так долго разбираемся с моими желаниями.
В первую минуту после того, как Света дала мне шаль, я чувствовала себя сравнительно
одетой и уверенной в себе. Но затем я стала задумываться о будущем, в котором
наблюдалось слишком много разных неясностей.
Время от времени ветерок играл с незакрепленными половинками моей шали, но, хотя никто прямо не говорил мне об этом, я не оборачивала ее полностью вокруг себя, позволяя ей просто висеть на шее и плечах. Тот факт, что я показывала миру почти голые сиськи, и то, что мои нижние губы все еще были приоткрыты, поддерживал мой внутренний огонь, пока мы шли.
Несмотря на то, что мой вид был довольно откровенен, люди проходили мимо нас, едва бросая на меня взгляд. Ну, они посматривали на меня, но лишь немногие смотрели на меня открыто. Разговор между девушками перешел на безобидные темы (то есть никак не связанные со мной или моей частичной наготой). Почти прикрытая и чувствующая себя более-менее комфортно и уверенно, я начала ощущать возвращение к состоянию, близкому к нормальному.
Возможно, я чувствовала себя даже слишком комфортно. Я поймала себя на том, что держу руки по бокам, не пытаясь поправить шаль, когда она развевалась на ветру. Я знала, что может налететь сильный порыв ветра и обнажить что-то, что я не хочу, чтобы видели все вокруг. Моим оправданием такого поведения было то, что я пообещала девочкам, что не буду закрываться.
Оказывается, когда ты играешь в азартные игры, иногда ты проигрываешь, а иногда этот проигрыш наступает внезапно. Сильный порыв ветра сорвал шаль, и она полетела, как воздушный змей без веревки. Сначала она взлетела в воздух, а потом закружилась и стала как будто танцевать прочь от меня по улице, пока я беспомощно смотрела ей вслед.
Когда я поняла, что происходит, я закричала и побежала за ней. Я была так сосредоточена на спасении своей одежды, что почти не смотрела на машины, которые могли бы сбить меня. Я даже не подумала о том, чтобы прикрыть свою грудь, которая прекрасно была видна всем случайным свидетелям моей погони за шалью.
Как ни странно, ни одна из девушек не последовала за мной, чтобы помочь мне поймать мою одежду. Вместо этого они достали свои телефоны и начали снимать меня на видео, смеясь и подбадривая меня. Вид обнаженной девушки в мини-юбке, гоняющейся за шалью по дороге, привлек гораздо больше внимания, чем любое из моих предыдущих занятий. Но в тот момент я не обращала внимания на окружающих людей и их реакцию.
Кто знает, смогла бы я поймать свою одежду, если бы я замедлилась, чтобы прикрыть свою грудь или предотвратить ее подпрыгивание во время бега? Как бы то ни было, я поймала шаль и вернулась к остальным девушкам, задыхаясь и торжествуя. Шаль снова была на мне, и я чувствовала себя охотницей, возвращающейся в свое племя с достаточным количеством еды, чтобы прокормить их всю долгую холодную зиму.
Когда я посмотрела на экран телефона, который Катя протянула мне, и увидела себя, бегущую с голой грудью по улице, откровенность моих действий поразила меня. Выброс адреналина, который я испытала, начал угасать, когда я поняла, сколько людей увидели меня и смеялись надо мной. Видео длилось добрых тридцать секунд, и за это время как минимум десять человек смотрели на меня, смеялись надо мной, фотографировали или снимали меня на видео.
Я почувствовала стыд и смущение, и мое лицо стало таким красным, что казалось, что пар вот-вот
Та которая понравилась сразу.