Несмотря на множество отвлекающих факторов, я встретилась взглядом со Светой, и мы обе начали смеяться.
Моника, не из тех, кого можно легко сбить с толку, спокойно проговорила:
— Спасибо, Катя. В любом случае, эти штуки были слишком солёными, — прежде чем засунуть в рот картошку фри и начать жевать её.
— Туше, мотыга, — ответила Катя, уважительно наклонив голову в сторону Моники.
Некоторое время за столом царило молчание, все больше жевали, чем говорили. Разговор стал обыденным: мы обсуждали подготовку к предстоящему тесту в классе, который мы делали втроём, или рассуждали о том, как может закончиться сезон телешоу.
Впервые за несколько часов я почувствовала, что не являюсь центром внимания. Я вздохнула с облегчением и стала наслаждаться своей рыбой. В хорошем настроении я даже осмелилась улыбнуться симпатичному парню, проходившему мимо по улице. Возможно, мой провокационный вид и взгляд отпугнули его, и он просто опустил голову и быстро прошёл мимо. Я подумала, что хотя бы в этот момент я проявила больше смелости, чем он, что было редкостью для меня. Моё настроение поднялось ещё больше.
Но, как говорится, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Как только Моника почти все съела, её внимание снова переключилось на меня. Она посмотрела на мои колени и широко улыбнулась, увидев, что я выставлена на всеобщее обозрение, возможно, даже больше, чем до того, как я встала из-за стола. Хотя она, казалось, всё ещё была сосредоточена на разговоре, её правая рука скользнула к моему левому бедру. Она бросила на меня взгляд и хитро подмигнула, как будто что-то замышляла.
Я забыла о том, что у меня всё ещё есть несколько кусочков рыбы и риса, и могла думать только о том, как её рука скользит по моей обнажённой ноге, приближаясь к моим трусикам.
Каждый мускул в моём теле был напряжён. Я задавалась вопросом, какие намерения у её блуждающей руки. Одна из моих подруг уже довела меня до оргазма пальцами совсем недавно. Неужели это повторится? Я ухватилась за край скамьи и откинулась назад, давая Монике понять, что она может делать со мной всё, что захочет.
Однако ассистированная мастурбация не была её целью. Когда её рука достигла моих половых губ, раздвинутых тканью трусиков, не было ни медленного поглаживания, ни нежных ласк. Её пальцы быстро проникли внутрь, и она быстро вытащила смятую тряпочку и потянула её в сторону. Как только она это сделала, она вытерла свою теперь уже влажную руку о мою ногу, прежде чем сжать моё бедро и отстраниться. Не было произнесено ни слова, но её послание было ясным, как колокольчик.
Мне не нужно было смотреть вниз, чтобы понять, что увидели бы люди со всего мира, если бы они случайно обратили своё внимание в мою сторону. Это уже не было похоже на игру. Это стало чем-то более откровенным. Теперь ничто не отделяло моё интимное место от любого, кто мог случайно пройти мимо, кроме ночного воздуха, который быстро остывал. Я сделала большой глоток воды, крепко сжала стакан, чтобы успокоить нервы.
Пока я была погружена в свои мысли, Моника, видимо, сообщила Кате об изменениях, потому что я обнаружила, что Катя смотрит на меня с улыбкой на лице. Она взяла ложку из столового прибора, который был завёрнут в салфетку, и зажала её между большим и указательным пальцами, прежде чем позволить ей упасть на пол.
— Ой, — сказала она с невинными глазами. — Я случайно.
Моника рассмеялась, но Света и Саша пока не понимали, в чём прикол. То, что Катя встала со скамейки и присела на корточки рядом
Неукротимая Пенни-Лейн (отрывок)