— Алиша, милая, — сказала мама, подходя и садясь на край моей кровати. Я хотела обнять ее и остановить, но женщина, сидящая сейчас рядом со мной, вызывала у меня отвращение. — Тебе семнадцать, ты переживаешь начало любви. Тебе небезразличен Дэниел, верно?
Я кивнула и ответила без колебаний.
— Я люблю его.
Мы с Дэниелом были вместе с четырех лет. Наши отцы работали вместе, и они постоянно проводили время вместе. Он был на год старше меня, но однажды, когда мне было восемь, я увидела, как одна из соседских девочек строит глазки моему лучшему другу, и монстр зеленой зависти поднял голову.
В тот же день я схватила Дэниела за руку, силой затащила его в свою комнату и в течение добрых десяти минут отчитывала его за то, что он не должен позволять другим девочкам кружить ему голову. Когда он попытался защищаться, я набросилась на него: ни одно оправдание не могло быть достаточно веским для того, чтобы он разговаривал с другой девочкой. Он был моим.
На середине его ответа, что он просто дружелюбен, с меня было достаточно. Я повалила его на кровать, забралась на него сверху и поцеловала. Хотя мне было всего восемь, а ему девять, в наших организмах было достаточно гормонов, чтобы нас обоих переклинило.
— Теперь ты мой парень, — сказала я ему, отстраняясь, и пометив его как своего. — Если какая-нибудь девчонка подойдет к тебе так, как она, я ее прикончу.
В течение последующих десяти лет у нас никогда не возникало проблем. Я следила за тем, чтобы все знали, что Дэниел - мой, а я - его. Мы знали, что поженимся, и я часто улыбалась, когда мои пальцы выводили узоры на моем теле, думая о том дне, когда любимый мужчина сможет сделать меня своей женщиной, в библейском смысле этого слова.
Мама кивнула, и это движение вернуло меня к реальности. Она знала, что я потерялась в мыслях о том, как сильно я люблю Дэниела.
— Так же, как я забочусь о твоем отце, — заявила она.
— НЕТ, — крикнула я в ответ. — Тогда не делай этого, не надо, мама. Если ты любишь его, то не разбивай ему сердце таким образом.
Именно тогда она сделала это в первый раз. Она взяла мою руку в свою и похлопала меня по руке. Меня возмутила снисходительность этого поступка.
— Я люблю твоего отца, а он любит меня, — объяснила она материнским тоном, который мы все знаем. — Но я должна это сделать, я должна сделать это для себя. Твой отец любит меня и позволит мне это сделать. Когда я вернусь в воскресенье, я покажу ему, как сильно я его люблю за то, что он позволил мне провести эти выходные вне дома.
В семнадцать лет я прочитала достаточно дрянных романов, чтобы понять, чем оправдываются изменщики, в чем их заблуждения. Хотя я была достаточно молода, чтобы не видеть, как закончится моя любовь к Дэниелу, я также была достаточно взрослой, чтобы понять, что жизнь не всегда сказка и над любовью нужно работать.
Мама выбрасывала все это в мусорное ведро и оставляла нас с папой на выходные, чтобы провести время в постели со своим боссом, заместителем директора моей школы.
То, что один из ваших родителей работает в школе, в которой вы учитесь - неоднозначное благословение. С одной стороны, это невозможно скрыть, когда у тебя случаются неприятности в школе. Например, когда меня поймали за курением. В тот вечер мама и папа устроили мне разнос, и я была наказана
Лунная ночь