Дилан, - простонала она. Тон и боль в ее голосе были такими, с какими могла справиться только мать. В этих двух словах звучали отчаяние, скорбь и безысходность. Это заставило меня задуматься, что, черт возьми, мой внук натворил на этот раз.
Я почти не видела Дилана с тех пор, как почти четыре года назад он вошел в мою спальню, и я ударила его в живот. Но то, что я услышала, обрадовало меня.
С годами я поняла, что тогда была больна. Как я и сказала Кену, это оказалось медицинской проблемой. Все это время я страдала от гормонального дисбаланса. Но вместо того, чтобы обратиться к врачу, я лечилась сама и в результате потеряла мужа. Я знала, что в основном это была моя вина, но я винила Уилла и Дилана тоже. Особенно я винила Дилана. Уилл был мертв, так что обвинение его мне ничего не дало. К тому же Уилл не был членом семьи. Если бы кто-нибудь предложил голодающему мужчине еду, он бы ее съел. Уилл изголодался по сексу. Поэтому, когда я предложила это, тот факт, что я была женой его лучшего друга, не имел значения.
Но Дилан был членом семьи. Он не только предал меня, шантажируя, но и предал дедушку, которого, предположительно, любил. И даже после того, как нас поймали, и он увидел, как сильно пострадал Кен, этот маленький ублюдок пытался трахнуть меня. Я до сих пор помню, как выбила из него все дерьмо, и то тупое выражение, которое было у него на лице, когда я это сделала.
— Мам, оно есть у Дилана, - захныкала Кейт.
— ЧТО есть у Дилана? – спросила я. Я был уверена, что бы это ни было, это была не работа. Мальчик использовал чувство вины из-за развода, чтобы выжать деньги из обоих своих родителей. Казалось, они забыли о том, что Дилану был уже двадцать один год, когда они развелись. Он был взрослым.
— У моего ребенка рак, который передается по наследству, - причитала она. У меня кровь застыла в жилах.
— Мама, что мне делать? - плакала она.
— Мы пригласим лучших врачей, которые у них есть, - сказала я. Я потянулась, чтобы обнять ее. В тот момент мне захотелось хоть немного облегчить ее боль. Однако, я чувствовала это только по отношению к Кейт. Дилан по-прежнему оставался для меня змеей.
— Мам, ты можешь связаться с папой вместо нас? – спросила она. - Мэтт сказал мне, что папа спас своего брата, отдав ему костный мозг. У него в костном мозге есть какие-то антитела, которые помогли ему некоторое время оставаться в состоянии здорового человека.
Я просто тупо посмотрела на нее. - А они не могут использовать костный мозг Мэтта или кого-нибудь из детей Бена? - спросила я.
— Мэтт уже прошел тестирование, - сказала она. - Он очень похож на меня, и у него нет антител. У меня двойной отрицательный результат. У меня нет ни ДНК, ни антител. А у Бена обе дочери. Очевидно, это проявляется только у мужчин.
К тому времени, как она закончила рассказывать мне о состоянии Дилана и о том, что они уже сделали, приехал Мэтт. Я должна была признать, что мой сын выглядел ужасно. В свои сорок шесть лет Мэтт выглядел почти как его отец. Проблема была в том, что Мэтт на двадцать два года моложе Кена.
Кен хорошо выглядит для своего возраста. Но Мэтт выглядел просто стариком. Он увидел Кейт и подошел к ней. Они обнялись, и Мэтт сказал ей, что все будет хорошо.
Частный урок