я понял, что не дышал последние несколько десятков секунд, и только с последними словами Ирины шумно выдохнул от облегчения. Судя по вздоху рядом, Дженни испытала то же самое.
Ирина проницательно посмотрела на нас поверх своих очков в роговой оправе, выждала немного и продолжила:
– Увы, я почти уверена, что это ни к чему не приведет. Ваше смущение от присутствия третьих лиц и тщеславное стремление все сделать как можно лучше, своеобразный “синдром отличника” – закончится только разочарованием от нашей помощи. Поэтому, – я слышал, как сердце замедляется, мне хотелось, чтобы само время остановилось прямо сейчас, потому что я уже знал, что последует дальше, – я бы хотела предложить вам раздельную терапию.
Ирина снова сделала паузу, давая нам свыкнуться со сказанным. Хотя как с таким можно свыкнуться?!
– Ближайшие 4 дня вы будете проходить интенсивное обучение различным практикам. Отсутствие партнера позволит раскрепоститься и даст тот эффект, которого мы ждем. И который вы искали, придя к нам.
– Нам, – во рту резко пересохло, язык с трудом вспоминал, как правильно выговаривать слова. Пришлось потянутся за стаканом воды. Пальцы так сильно дрожали, что стеклянный ободок ударился о зубы. – Вы хотите сказать, что мы будем спать с другими?
– Не только, и это далеко не главная составляющая вашего курса, но да, это также предполагается.
– Нет! – Джен даже не вскрикнула, а скорее взвизгнула. – Вы с ума сошли?! Мы сюда приехали не для того, чтобы изменять друг другу.
Ирина молча сидела, скрестив пальцы под подбородком. Очевидно, ей не впервой было слышать бурную реакцию на свои предложения.
– Измена – довольно расплывчатое понятие в современном мире, и одно из самых стигматизированных в нашем обществе. Помимо интимной связи с другим партнером она включает такие аспекты как эмоциональная связь с ним, сокрытие факта отношений на стороне, ведение двойной жизни. Ничего из этого вам не грозит, уверяю вас. Более того, каждый сеанс, каждая процедура будут вам разъяснены заранее, и от любой из них вы сможете отказаться.
– Почему мы не можем быть вместе? – я решил зайти с другой стороны. – В смысле, не заниматься сексом под надзором, как вы сказали, а просто быть рядом.
– Потому что вы не позволите моим коллегам действовать так, как нужно. Вы инстинктивно постарайтесь оградить друг друга и не сможете расслабиться, в итоге первый же сеанс закончится полным провалом.
– Ну конечно, а расслабиться, пока тебя ебут левые мужики, а твой муж в это время трахается в соседнем кабинете куда проще, – зло огрызнулась Джен. Я удивлённо оглянулся на нее: по пальцам одной руки можно пересчитать случаи, когда она материлась.
Ирина взяла ещё одну долгую паузу.
– Послушайте, я знаю, чего вы боитесь и почему не хотите этого делать. Начиная отношения, вы оба как само собой разумеющееся приняли, что будете друг у друга единственными партнерами до конца жизни. А после, столкнувшись с реальностью, в которой ваши ожидания от интимной жизни не совпадают, начали испытывать разочарование, неудовлетворение, гнев. Верно? – мы не удостоили этот вопрос ответа. Я терпеть не мог, когда Ирина делала вот так: рассказывала нам же о нас самих. Так, как мы сами это не всегда признавали.
– У нас нет задачи оттолкнуть вас друг от друга или сделать для вашей пары впредь допустимым взаимодействие с другими людьми. На самом деле, ровно наоборот. Вы можете отнестись к этому, как к практическим занятиям. Нельзя научиться водить машину, не пройдя обучение с инструктором. Нельзя стать олимпийским спортсменом без тренера.
Красивый охранник