быть с тобой, и в то же время, это пугает ее. Все ее отношения с мужчинами были мимолетными и ни к чему не обязывающими. И тут появился ты!"
"Да, она действительно говорила, что не любила долгие связи с мужчинами, " - неохотно согласился я. - "Но почему ты считаешь, что ко мне она относится по-другому?"
"Не знаю!" - ответила она коротко. - "Но чувствую, что по-другому. И пытаюсь понять, что будет дальше? Попав в непривычную ситуацию, как она поступит? Такие цельные и прямые люди могут от своей прямоты и цельности пуститься неизвестно в какие крайности! И тебе, моя милая Хелен, надо поступить так, как поступила бы любая мудрая женщина. Покажи Барбаре, что думать ей уже не над чем! Что пока она сомневается, мечется и старательно занимается бизнесом в другом городе, все уже произошло и назад не вернется. Поставь ее перед фактом, что отступать поздно. И пусть ей понравится там, уже ЗА этой чертой. Покажи, что ты УЖЕ готова к той роли, которую она еще только мысленно примеряет к тебе. Она так любит принимать решения, что пора показать ей, что никаких решений здесь давно не надо. Что ты уже давно готов!"
"Но я считал, что и так уже БЫЛ готов?" - опешил я весьма искренне.
"Ты, моя милая, опять говоришь глупости! Но это не страшно. Главное — слушайся меня! Ты должна помнить, что мужские гены будут постоянно тянуть назад. А потому надо избавляться от всего мужского в тебе — и с удвоенным старанием! С удвоенным!" - она сделала паузу. - "Вот эта мысль и остановила меня сегодня утром. Черт, ты уже почти похож на миловидную девушку! Брюки и рубашка на тебе смотрятся как глупая шутка! Пришло время для правильной одежды, моя девочка!"
И она решительно взялась за принесенные пакеты.
И вот, через некоторое время, я стоял и пытался привести себя в чувство. "Джойс... Ты ведь не. .. не ЭТО имеешь ввиду?!"
Она холодно окинула меня взглядом. "Не знаю, о чем ты подумал. Но на каблуках у тебя получается даже лучше, чем я могла надеяться. Вся лишняя растительность с тела удалена. Волосы твои легко вернуть в ту прическу, которую я потом сменила на эту мужеподобную серость. Разве не так? Не думаю, что у тебя есть основания сомневаться!"
Я потрогал подвязки, спускавшиеся с пояса. Они поддерживали туго натянутые нейлоновые чулки. Рука переползла на нижнюю юбку, которая спускалась до середины бедра. Затем поднялась выше, к корсету, и ощупала чашечки бюстгальтера. Голубой корсет не вполне подходил к белому нижнему белью, но и не слишком выпадал из гармонии. Правда, мне казалось, что корсет вовсе и не нужен – но Джойс утверждала, что он совершит чудесное преобразование моих форм. И наверное, была права. Но чувствовал я себя в новом одеянии совершенно беспомощно.
"Честно, Джойс? Я не думаю, что Барбара одобрила бы все это!"
Она скептически посмотрела на меня. "А я и не хочу, чтобы Барбара узнала об этом. Да, именно так! Не спрашивай меня почему! Она узнает, когда это уже случится. Если она приедет и захочет с тобой увидеться, то снять лифчик с вкладками труда не составит."
"А если она. .. не захочет?" - меня просто холодом окатило от такого предположения. - "А если она... узнает?"
"Если она узнает? Глядя на такую красотулечку, меня совсем не тревожит этот пустой вопрос. Скорее, я буду волноваться за состояние кровати, ближайшей к месту вашего свидания! А теперь хватит разговоров. Ведь впереди у нас самое приятное — сейчас мы будем примерять твое первое
Стая