ещё стыда и проснулась. Щёки горели лихорадочным румянцем, а между ног снова было влажно.
В голове сам собой вспомнился рассказ Анюты из её юности, когда они подглядывали за тёткой с колхозным конём, а потом ещё и обсуждали возможность такого секса. Я отгоняла от себя такие мысли и всё больше убеждалась, что нужно бежать из этой деревни как можно быстрее в свой родной и привычный городской мир. Что здесь не так? Какие-то химикаты в воде? Воздух наполнен фермионами? Почему все помешаны на сексе?
Пока мы завтракали раздался звонок телефона. Муж наконец-то закончил свои дела и сообщал, что едет в деревню. Было двоякое чувство. Наконец-то он заберёт меня отсюда. И в то же время, не отошедшая от сладкого сна щёлка всплакнула, вспоминая толстый член Семёна.
Я одёрнула себя. Катя, о чем ты думаешь? Муж, кстати, тоже очень неплох в постели. Сама же его постоянно ограничивала. Вот только, как дать понять, что готова к новшествам? Быстро соглашаться точно нельзя, сразу заподозрит неладное.
На ферму я, конечно же, не поехала. А после обеда мы все вместе уже сидели за праздничным столом. Все были навеселе, а вот мой благоверный не пил. Как ни уговаривала его сестра задержаться, он строго вознамерился сегодня ехать обратно, чтобы к ночи быть дома. Вот только судьба уготовала нам совсем другое.
По дороге домой двигатель нашего автомобиля вдруг зачихал. Какое-то время машина то ехала, то начинала дёргаться и выбрасывать из выхлопной трубы клубы дыма и, наконец, встала. Какое-то время мой благоверный пытался её завести, беспрерывно ругаясь на деревенскую заправку, где, по его словам, ему вместо топлива залили ослиной мочи.
Проезжающий мимо нас трактор со старичком за рулём остановился.
— Всё в порядке?
Муж подошел к трактористу и довольно долго о чем-то с ним разговаривал. Потом они вместе подошли к открытому капоту и долго в него пялились, периодически тыкая пальцами и разговаривая на тарабарском языке, в которых я почти ничего не понимала. Тракторист расправил закреплённый позади трактора трос, и я поняла, что своим ходом наше авто ехать больше не может.
— Хороший мужик попался, - сказал муж, садясь в машину, - Сам предложил дотянуть до деревни и даже переночевать у них можно. Завтра разбираться будем чего там накрылось.
Находились мы примерно на пол дороги между городом и фермой родственников. Тянуть на тракторе неисправную машину заняло бы, наверное, пол ночи. Вот муж и обрадовался временному пристанищу.
К деревне мы приехали уже в полной темноте. Въехали на какой-то двор, где нас встретила удивлённая старушка. Радушные хозяева сразу же усадили нас за стол, где мой дорогой, почти весь день проведший за рулём, уже клевал носом.
Старушка всё причитала, что я очень похожа на её дочку и пыталась уложить нас спать на своей кровати, а они мол привычные к деревенской жизни – на полу поспят. Но тут уж я взбунтовалась - негоже стариков сгонять с законного места. Уговорила мужа пойти спать на сеновал. Мне казалось это место очень романтичным, хотя слышала я о нем только по старой литературе и фильмам. Старики не стали противиться, дали нам какие-то одеяла и проводили к сараям. В одном из них было доверху навалено сено с приставленной к нему лестницей. Мы забрались наверх и стали готовиться ко сну.
Несмотря на то, что я очень соскучилась по мужу и вообще весь день была настроена на любовь, мой драгоценный только провёл рукой по боку и пробормотав, «что-то я умаялся», тут же засопел. Как ни тёрлась я о родное тело, ни одна из его частей тела так
Под прицелом фотографа