и не проснулась. Зато я сама возбудилась ещё больше и теперь сна не было ни в одном глазу.
Крутилась долго. Вокруг стрекотали какие-то ночные насекомые, шумно вздыхала внизу корова и кто-то фыркал. Всё это совсем не звуки колыбельной, для городской девушки. К тому же ещё и на мочевой пузырь стал давить выпитый за ужином чай. В общем я перебралась через спящего мужа, нащупала ногой ступеньку лестницы и двинулась вниз.
Встала у подножья лестницы и задумалась куда идти дальше. Глаза довольно быстро привыкли к темноте. Света луны было достаточно, чтобы видеть изнутри каркас строения и силуэты живности. Корова с огромным брюхом лежала совсем недалеко и продолжала тяжело вздыхать, а немного дальше в отдельной загородке стоял кто-то то бормочущий, то фыркающий. Туда же тянулась канава для слива нечистот. Поэтому я не стала искать деревенский туалет, а просто прошлась чуть дальше, раскорячилась над ней и пустила шумную струю.
Стоящий теперь уже совсем рядом зверь снова недовольно фыркнул, и я наконец поняла, что это был стоящий у стойла жеребец с опущенной вниз головой. Он лениво обмахивался хвостом и то ли дремал, то ли просто решил не обращать внимания на существо женского пола, появившееся рядом с собой.
Надо сказать, благодаря своей сугубо городской жизни я впервые рассматривала коня так близко. Поскольку он никак не реагировал на мое появление, я протянула руку и погладила его бок. Короткая шерсть под пальцами была тёплой и неожиданно жесткой. Тут же в полумраке, освещаемого луной помещения разглядела висящую не крюке щётку и принялась уже целенаправленно расчесывать коня. В тот момент я даже не думала ни о чем таком. Лишь когда присела, чтобы пройтись щёткой и по животу коня, то замерла.... Под животом в глаза бросилась этакая свисающая колбаса, а чуть дальше, между ног, крупные шары яиц.
Именно в этот момент в голову разом вломились и яркие рассказы Анюты, и мой недавний сон, и даже невольное сравнение свисающей колбасы со здоровым членом Семёна. Надо сказать, Семён хоть и проигрывал коню в размерах, но не сильно. Наверное, именно это меня успокоило. Я оглянулась по сторонам. Наверху храпел муж. Всё также стрекотали сверчки. И я протянула руку....
Сухая тёплая чуть морщинистая кожа. Провела по ней пальцем. Жеребец стоит, не реагирует. Тогда обхватила свисающий член коня рукой и почувствовала, что внутри него пульсирует кровь. В ритм с конским членом, пульсации бились и у меня между ног. В трусиках намокло. Появился знакомый уже зуд, который можно было унять только оргазмом. Теперь я это знала точно. Пошалить пальчиками? Ещё раз попытаться оседлать мужа? Или всё-таки попробовать?. ...
В лицо ударила кровь от одной только мысли об этом. Снова оценила конскую колбасу. Да слишком длинный. Да толстоват. Но сжав пальцы на стволе я понимала, что член жеребца не похож на жесткую палку кобелей. И даже не такой твердый, как мужской орган. Он был довольно податливым, как воздушный шарик. Стоило лишь немного сжать его, как кровь покидала ствол и пальцы почти сходились вокруг него. Да и в конце концов, если влагалище окажется слишком тугим для него, можно ведь и не вставлять его внутрь, а просто потереть по клитору....
Я снова прислушалась к мерному храпу мужа. Сняла трусики и повесила их на крюк рядом со щёткой. Конь всё также стоял, но теперь поднял голову и с интересом смотрел чего задумала человеческая самка. А самка повернулась к коню задом, взяла конский член в руку и раскорячившись тёрла тупым концом себе между ног.
Влагалище зудело всё больше, истекало соками, заставляя
Любовь к преподавателю