По крайней мере, в сотый раз с начала наших игр меня охватила волна страха, когда я подумал о том, насколько рискованно и как близко к грани она играла с беременностью. Я знал, что, несмотря на предварительное планирование, она потеряла способность ясно мыслить в возбужденном состоянии и без протеста приняла сперму своего любовника.
— Ты использовала ее с Крисом? — спросил я, вспомнив о ее предыдущем свидании.
Она продолжала укладываться на кровать и только когда ее голова оказалась на подушке, ответила:
— Нет.
Я стоял как вкопанный, уставившись на нее, а потом я вспомнил и спросил:
— А что с Феликсом? Что-нибудь было?
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы ответить, и ее тон оставил некоторое сомнение, когда она наконец проговорила:
— С Феликсом ничего не было.
Я проснулся раньше нее и приготовил завтрак для детей, чтобы дать ей время прийти в себя, но она встала всего через двадцать минут и взяла дело на себя. Несмотря на все неприятные вещи, которые произошли, ее преданность своим детям была абсолютной, и мне нечего было сказать ей плохого. Когда я наблюдал за ними, полярная разница между матерью и непослушной женой поражала меня, как ударом кирпичом по лицу, и я тут же решил, что всему этому пора положить конец. Я знал, что это означает, что я никогда не смогу проявить слабость, несмотря на демонов в моей голове, и я должен был твердо отстаивать интересы своей жены.
Позже, когда дети благополучно устроились перед телевизором, я отвел Лорен в нашу спальню и сообщил ей о своем решении.
— Послушай, Лорен, я знаю, мы уже сталкивались с этим раньше, но все эти вещи, эти безумные выходки должны прекратиться, и я имею в виду прямо сейчас, — твердо заявил я.
— Действительно? —сказала она и несколько секунд задумчиво смотрела на меня. — Да, мы уже это проходили, и ты всегда менял свое мнение. Я думаю, ты передумаешь снова.
— Нет, не в этот раз. Нам нужно остановиться, — ответил я.
Она снова молча смотрела на меня в течение нескольких секунд, прежде чем ответила:
—Тогда, ладно.
Я ожидал гораздо более длительного объяснения, поэтому был рад, что мы пришли к соглашению без обвинений и слез. Я отнес это на то, что Лорен была со мной на одной волне и с нетерпением ждала, когда мы снова сосредоточимся на нашей семье. На самом деле, я даже начал подумывать о том, чтобы организовать первоклассный отпуск, который мы могли бы провести во время следующих каникул нашего ребенка.
В течение следующих нескольких недель все шло на редкость хорошо, так как Лорен оставалась в хорошем расположении духа, а когда ее месячные начались точно в срок, я посчитал это явно хорошим признаком. Как и моя жена, я придерживался позитивного мировоззрения и гордился тем, что мне удавалось отгонять свои грязные мысли каждый раз, когда они возникали у меня в голове. Я понял, что главное – это немедленная борьба с ними, чтобы они не смогли завладеть моей психикой.
— Это что? — спросил я в пятницу днем, вернувшись домой и увидев на столе букет роз.
Мой дед. Часть 2