взял в руки лист бумаги с контактной информацией. Просматривая имена, он гадал, сколько из них говорят по-английски. Он снял трубку телефона и набрал номер Сида Джонса. После трех гудков трубку взял молодой человек:
— Алло.
— Здравствуйте. Имею ли я удовольствие разговаривать с Сидом Джонсом?
Голос на другом конце был осторожным:
— Да.
— Я Малкольм Чарльз Чандлер. Мы с вашим дядей работали в одних и тех же местах. Я был весьма опечален, когда мой смотритель сообщил мне о его смерти. Я приношу свои соболезнования. Ваш дядя был великим человеком, и многим его будет не хватать, - сказал Малкольм.
— Спасибо. Вы говорите, что вы с моим дядей путешествовали в одних и тех же краях?
— Да. Мы посетили много одних и тех же мест, хотя никогда не были в одно и то же время, - сказал Малкольм.
— Спасибо, что позвонили.
Малкольм заметил, что Сид уже готов повесить трубку. Он сказал:
— Мой смотритель сообщил мне, что вы тоже стали путешествовать в тех же местах. Это основная причина, по которой я вызвал вас. В Хаосе возникла проблема.
— Вы уверены, что нам можно разговаривать друг с другом?
— Почему бы и нет? Как мы можем набрать новых героев, если не знаем их? Почему мы должны отказываться от дружбы, потому что мы Герои? - спросил Малкольм.
На другом конце провода наступило долгое молчание. Малкольм подумал, не потерял ли он Сида, когда молодой человек ответил:
— Что за проблема существует на Хаосе?
— Организованное рабство в очень больших масштабах. Смотрители убеждены, что оно слишком велико для одного героя. Мы должны начать войну против рабовладельцев и освободить четырех дам.Смотрители попросили меня, чтобы через три недели в Перекресток приехали еще как минимум три героя. Это будет в воскресенье, через три недели, в час дня по восточному летнему времени.
— Я читал правила. Мы не можем работать вместе.
— Мы и не будем работать вместе. Каждый из нас возглавит свою армию и будет вести войну на своем фронте. После того как мы покинем вашу цитадель, мы не будем взаимодействовать. Смотрители все тщательно обдумали, - ответил Малкольм. Ему было приятно, что Сид задал все те же вопросы, что и он.
Наступила долгая пауза, а затем Сид спросил:
— Какая Цитадель?
— Твоя Цитадель.
— Моя Цитадель?
— Да. Твой дядя основал Цитадель Джонса. Она досталась тебе по наследству, - сказал Малкольм.
— Мне никто ничего не говорил о Цитадели. В голосе Сида явно слышалось недоверие.
Улыбаясь, Малкольм сказал:
— Она даст тебе полномочия, чтобы ты принял ее, когда прибудешь на Перекресток.
— Хорошо, - сказал Сид, решив, что в этой дискуссии есть что-то очень странное.
Малкольм понял, что Сид сомневается в этом звонке. Он сменил тему.
— Теперь, когда я передал тебе сообщение от смотрителей, позволь мне передать свое собственное послание.
— Что?
— Во-первых, ты проделал потрясающую работу, расправившись с Хирургом. Не думаю, что я смог бы это сделать. Однажды я видел, как он разрезал человека на мелкие кусочки. Это было ужасно.
— Спасибо.
— Во-вторых, ты должен был убить его. Он злобный ублюдок, который будет охотиться за тобой.
— Я буду иметь это в виду.
Малкольм сказал:
— Я серьезно. Он очень мерзкий тип, и ему не нужна причина, чтобы кого-то убить. Ты сам дал ему повод убить тебя. Я просто подумал, что должен предупредить тебя, чтобы ты не был застигнут врасплох, когда он придет за тобой.
— Спасибо.
Малкольму удалось уговорить Сида записать его номер телефона. Это потребовало некоторых усилий, но ему удалось заставить Сида пообещать, что он перезвонит, когда у него будет возможность подумать об этом в течение
МОй коля