«Всё-таки значит он её раком нагнул», – убедился в своей теории охранник.
Тут же на полу у края парты были и наспех вытертые чьей-то подошвой капли жирной белой спермы, теперь уже вперемешку с пылью.
– Ну и дела..., – протянул Карпенко, поднимая оставленный мячик для мальчика, забытый его мамашей, потому что ей было не до этого, ведь она подставляла свою узкую пиздёнку пылкому кавалеру.
Ещё бы... Конечно, в этот момент вся её голова была забита другими вещами...
Вернув мяч на место, завхоз увидел на полу, спрятавшуюся за ножкой стеллажа, тоненькую тряпицу, подняв которую, старик однозначно опознал в ней потерянные трусики Наташи Власовой. Тоненькие и узенькие голубые стринги, с влажным треугольником посередине.
Непонятно почему для себя самого, сторож скомкал бельё оттраханной девушки и спрятал себе в карман.
Закрыв подсобку снаружи, Афанасий Петрович поймал себя на мысли, что уж очень ему интересно, осталась ли ждать одинокая женщина своего ебаря для продолжения столь интересного вечера, или же погрязшая в стыде и истерике пулей умчалась домой.
Пройдя до конца вестибюля, Карпенко остановился, и тому была веская причина – в главном холле у самого выхода стоял его начальник и разговаривал по телефону.
Уже не в первый раз за день, пожилой завхоз стал прислушиваться...
– Готовь бабки, неудачник... как какие? Я выиграл... Ага... да... ту самую куколку... минут десять назад, в первый же день отпердолил... да, мы даже до ресторана не доехали... как-как, завёл её в подсобку в центре и оттрахал там по самое не балуйся... конечно... разрешила даже внутрь спустить... ну естественно полепетала там: «не надо», «вытащи», в итоге то всё равно дала в себя кончить... сосёт, да... опыта не так много, но старается с энтузиазмом, рабочий ротик... вот очко не успел раскупорить, но думаю, что сегодня добью её последнюю дырку... ага, пока целка... да... ща, через недельку, как к хую привыкнет, то в сауну нашу её свозим, на двоих распилим... как обычно, хах... ну ладно, бывай... а то, ждёт сидит в машине... покеда.
Договорив, Громов вышел из дошкольного центра и направился к своему автомобилю, где её ожидала восхитительной красоты девушка.
А вот Афанасий Петрович Карпенко стоял с широко раскрытым ртом и выпученными глазами, ведь, сказать, что он был шокирован услышанным – это значит не сказать ничего вовсе...
Не люблю усатых