На поле боя воцарилась тишина: требушеты перестали стрелять, а тараны отступили.
Под звуки дюжины рожков армия Сида устремилась к цитадели. Тысячи воинов атаковали каждый пролом. Из центра цитадели раздался громкий рев: тысячи рабов вышли из загонов, в которых их держали. Обитатели первого загона, освобожденного людьми Сида, помогли освободить других рабов. Ночью было объявлено, что нельзя нападать на тех, кто носит синюю повязку. На освободителях были синие повязки.
Горожане, надсмотрщики и убежища оказались лицом к лицу с тысячами разъяренных рабов, вооруженных дубинками. Ополченцы поняли, что у них есть враг впереди и позади них. Хотя одна группа представляла собой хорошо дисциплинированную армию, более страшными были освобожденные рабы. Освобожденные рабы убивали всех, на ком не было ни ошейника, ни синей повязки. Разумеется, ополченцы ничего не знали о голубых повязках.
С Фредом по правую сторону Сид ворвался в отверстие, образовавшееся в результате взрыва требушета. Несмотря на попытку занять лидирующую позицию, он оказался окружен своими силами. Фред замедлил движение, и люди стали двигаться с удвоенной скоростью, чтобы немного опередить его. Сид подозревал, что Фред и его люди действовали намеренно.
Все люди были пешими. Добавление лошадей привело бы к хаосу, который, скорее всего, не принесет пользы врагу. От больших щитов отказались в пользу небольших овальных щитов. В ближнем бою маленькие щиты были бы более эффективны против ударов меча и боевого топора сверху.
Сид позаимствовал тактику боя у зулусов. Первым аспектом этого было использование небольших овальных щитов. Второй аспект заключался в том, что бойцы обрезали свои копья. Третий аспект заключался в многочасовых тренировках по блокированию удара щитом, за которым следовал удар укороченным копьем. Тренировки сбивали бойцов с толку, но они тренировались, как положено.
Хотя тренировки привели людей Сида в замешательство, эффект, произведенный на врага, был полным опустошением. Они не знали, как противостоять отработанной тактике. Сделав один взмах, они обнаружили, что их мечи не в состоянии парировать ответный удар. Появление острия копья под их маленькими щитами стало для них полной неожиданностью. Человек за человеком падали от полученных ран.
В разгар боя руки Сида казались сделанными из свинца. Многократные удары мечей о щит отдавались в его левой руке, вызывая онемение и покалывание. Как и его люди, он отказался от меча в пользу одного из укороченных копий, хотя меч у него был в ножнах. Расправившись с третьим бойцом, Сид понял, что его тактика работает очень хорошо.
Сиду также стало ясно, что его армия столкнулась с более многочисленным войском, чем они предполагали. По их подсчетам, армия работорговцев насчитывала тысячу человек, а его войска вступили в бой с более чем восемью сотнями. Он пересмотрел свою оценку до трех тысяч. С перевеса в четыре человека к одному он скатился до четного числа. В обычных условиях это дало бы защитникам значительное преимущество.
Враг отступил к центру города. Это было небезопасное направление для отступления. Вскоре они обнаружили, что освобожденные рабы напали на них с тыла. Зажатая между превосходящими силами, армия работорговцев была уничтожена.Сид остановился и переместился в тыл своих войск, чтобы иметь возможность руководить последними схватками в битве за цитадель.
Бой становился все ожесточеннее, когда враг был постепенно оттеснен к большому зданию в той части города, которую атаковал Коннор. На здании висела табличка с ошейником, обозначавшая, что оно принадлежит и управляется организацией работорговцев. Сид вспомнил, что самые большие здания в городе обычно предназначались для самой важной организации города. Гигантские соборы строились, когда церковь была верховной в Европе. Небоскребы возводили, чтобы отразить подъем крупного бизнеса. Самые большие здания обычно были у диктаторов. Трехэтажное здание давало Сиду
Что бы я хотел получить от мужчины, и что мог бы дать ему.