нежная, словно бархат, кожа, неожиданно прилипающая к махровому полотну, приятно проминалась даже под мягким прикосновением полотенца для обтирания, не теряя при этом своей девственной упругости и соблазнительной формы, словно эротическая скульптура, созданная для утех и наслаждения.
«М-м? М-м ──, что происходит, кто это меня касается ──?»
Когда мои руки неожиданно и непристойно коснулись ее юного тела, Каё-чан робко приоткрыла свои томные глаза, словно пробуждаясь от эротического сна, чтобы сонно посмотреть, что же непристойное происходит с ней на этот раз. «Что вы тут делаете со мной, доктор Ёсио?» — словно немой укор и робкое недоумение читалось в ее сонном взгляде, и она слабой рукой неожиданно схватила меня за запястье, словно пытаясь остановить непристойное прикосновение к своему девственному телу.
«Тихо-тихо, милая Каё-чан, не бойся меня, все уже закончилось, наказание окончено, можешь расслабиться и отдохнуть немного, я просто заботливо вытираю твое милое тело от нечистой мочи подруги ──, не стоит так сильно волноваться и стесняться меня». Стоило мне тихо и успокаивающе заговорить с ней ласковым голосом, как она, словно поверив моим сладким речам и окончательно успокоившись, снова бессильно закрыла свои томные глаза и робко отпустила мою руку, словно позволяя мне продолжить непристойное прикосновение к своему юному телу.
Теплым и влажным махровым полотенецем я заботливо вытер ее нежное лицо, тонкую шею и чувственную область девичьей груди, затем медленно перешел к ее округлившемуся животу, словно лаская каждым прикосновением полотенца ее девственное тело. Затем я осторожно перевернул ее беспомощное тело на бок и продолжил заботливо вытирать ее спину от нечистой мочи. Продолжая свои непристойные прикосновения, я невольно начал скользить по махровому полотну все ниже и ниже, словно лаская ее упругую попку нежными прикосновениями, медленно и тщательно вытирая ее от остатков нечистой мочи от самых бедер и до кончиков ее юных пальцев на ногах, словно завершая ритуал эротического очищения.
В какой-то момент медсестра тихо приказала мне снять непристойную запирающую пробку из ее ануса, поэтому, осторожно перевернув беспомощную Каё-чан на левый бок, я без лишних слов согнул ее юные колени, непристойно выпятил ее упругую попку и осторожно извлек запирающую пробку прямо из ее эротически раскрытого ануса, словно завершая садистскую процедуру эротического унижения.
Затем, осторожно перевернув ее беспомощное тело обратно на спину, я не стесняясь развел ее юные ноги в стороны и без лишней скромности тщательно вытер нежную интимную зону Каё-чан, словно завершая ритуал эротического очищения и окончательного унижения. А в самом завершение этой непристойной процедуры, чтобы лично убедиться в полном отсутствии даже малейших остатков кала в ее девственном анусе, я позволил себе непристойную вольность — медленно и глубоко ввести свой палец прямо в ее эротически раскрытый анус, словно вторгаясь в самые сокровенные уголки ее стыда и невинности.
«Доктор Ёсио, вы такой ловкий и умелый в этих деликатных медицинских процедурах, просто настоящий профессионал своего дела, правда ведь! Я абсолютно уверена, что вам точно стоит работать именно в медицине, у вас явно есть к этому природный талант! Я лично буду вас всячески поддерживать в ваших медицинских начинаниях!»
«А? Х-хорошо, спасибо за поддержку ──, очень приятно слышать такие слова от вас ──». Медсестра, словно не зная, чем еще себя занять в это непристойное время, неожиданно заговорила со мной с неожиданной похвалой, пока я продолжал непристойно вводить палец в анус беспомощной Каё-чан. Но для меня все эти сладкие речи медсестры были только в радость и наслаждение, потому что все это время я мог в полной мере наслаждаться чувственными ощущениями от непристойного прикосновения к девственным стенкам ее прямой кишки и чувствовать
Мама и дочка