— Да забей ты на него. Обоссал и обоссал. На нас же не ссыт, и на том спасибо.
— Вся кухня его ссаниной провоняла.
— Отмоет, не проблема. — Кто-то ослабил тиски, и Юлины руки, связанные цепью, упали ей на колени. — Надо её туда перенести, места тут нет вообще.
Две пары рук подхватили её, и в глаза ударил солнечный свет. Юля открыла глаза — двое обнажённых мужчин вынесли её на кухню, оставив на полу посреди помещения. Девушка беспомощно оглядывалась по сторонам, видя перед собой новых людей, совершенно незнакомых. В кухне неожиданно стало тесно, видимо, прибыли остальные рабочие.
Ближайшие несколько часов для Юли слились в какую-то полосу, из которой память выхватывала только отдельные события, а всё остальное было словно в тумане.
После того как её вынесли на кухню, с неё сорвали сорочку, скомкав и выбросив куда-то ко входу. Одна туфля беспомощно болталась на грязной ступне. Воздух сотрясала музыка — играла какая-то попса из 80-х–90-х, песня была знакомой, но девушка не слышала слов.
— Она к нам на один раз! — крикнул кто-то из мужчин. Юля только сейчас поняла, к чему это было сказано, проводя параллели с Машкой. Ту берегли, потому что она была частой гостьей на том участке. А раз эта тут «поработает» и слиняет, групповой разум принял решение особо не церемониться.
Юлины руки освобождать не стали. Кто-то сзади грубо поднял её за волосы и насадил голову на крепко стоящий член, сразу же перекрывший девушке доступ к кислороду. Она невольно вскрикнула, но наружу вырвалось только какое-то приглушённое блеяние, прерываемое толчками пухлой головки, которая пробивала путь в её горло. Когда её рот становился свободным, в него тут же влетал другой член, и всё начиналось сначала. Слюна обильно текла из её рта, размашисто разлетаясь по груди от резких толчков. Во время очередной передышки кто-то из мужчин вынул толстый кожаный ремень из брюк и несколько раз стегнул им Юлины бёдра. Она закричала, но крик тонул в музыке, голосах. Бёдра горели, стремительно проявляя на себе широкие красные полосы. Она пыталась сопротивляться, выкручивая руку, державшую волосы, но смогла лишь перевернуться на живот, и с оглушительными шлепками ремень переключился на её ягодицы, которые упруго подпрыгивали от ударов, также краснея. Из-за Юлиных попыток встать или отползти в сторону чулки изорвались, а на грязных коленях появились ссадины.
Когда одна пытка кончилась, началась другая. Ремень исчез, а на её ноги сел кто-то очень тяжёлый. Грубые руки раздвигали ягодицы, пальцы растягивали колечко ануса, и только холодная смазка, коснувшаяся нежной кожи, самую малость облегчала боль. Юля всё так же брыкалась, но тщетно — её всё ещё держали за волосы, чуть приподнимая голову над полом, пока кто-то не сел на пол перед ней и не воткнул ей в рот очередной член.
Девушка обесиленно расслабилась — её голову трахали и без её участия, а в попу уже рвался член мужчины, что придавил её к холодному линолеуму. Когда головка вошла в неё, от острой боли Юля кричала снова и снова, но крик членом грубо заталкивали ей обратно в горло.
Когда её зад оказался нанизан, ей казалось, что в неё засунули полено. Мужчина сверху шумно пыхтел, капая на её спину потом, ритмично взбивая её внутренности, изо всех сил сдавливая её пострадавшие ягодицы, которые постепенно приобретали фиолетовый оттенок.
Изредка до неё доносились приказы, гулко, откуда-то сверху, звучавшие как раскаты грома. Самого первого она ослушалась, едва разбирая слова, уткнулась лицом в пол, скользя влажной щекой по линолеуму, усыпанному песком с
Случай в больнице