их расслабить, а вторая тут же проникла внутрь, засунув сначала один, потом второй, затем и третий пальцы глубоко в самое его сокровенное «лоно».
И только тут Москвич окончательно расслабился.
Как только мадам Азалия окончательно овладела им, тёмная мощная сила, парализующая и перекрывающая дыхание, куда-то испарилась, а вместо неё на парня навалилось полное сексуальной энергии и нечеловеческого драйва, сильное и плотное женское тело.
— Попалась, мышь? – спросила его мадам уже вполне человеческим голосом. – Подглядывать за мной вздумала?
Сдавленное сердечко его пару раз ёкнуло, и предпочло больше не трепыхаться. Вздохнуть он по-прежнему не мог, и уже началась паника клаустрофоба – страх задохнуться. А вот её пальцы в резиновых перчатках делали своё дело безупречно: его член напрягся за несколько секунд и готов был выплеснуть все накопившееся соки хоть сейчас, прямо на королевское покрывало!
Он и в самом страшном сне не мог подумать, что анальный секс, а точнее стимуляция предстательной железы может его так сильно возбуждать! Ещё секунда и он, правда, наделает лужу на её кровати!
Но в планы мадам начальницы такое безобразие явно не входило. Она резко перевернула его на спину, ловко уселась на подрагивающий в последних муках горячий и уже скользкий орган, и только тут пошевелила пальчиками в его заднем проходе.
Оргазм был похож на финиш вчерашних скачек. Такой же долгий и мучительный, и столь же желанный. Он рассыпался белыми вспышками в тускнеющем от удушья могу Москвича, и лишь к моменту, когда угасли последние искорки, Азалия разрешила ему дышать – парень практически потерял сознание от асфиксии.
Зато теперь он почувствовал себя в раю. Все дневные страдания в шкафу, боль от трех подряд порок, унижения, пережитые на ужине – весь негатив этого дня улетучился в одну секунду!
— На место! – смеясь, приказала ему директриса, и он с блаженной улыбкой идиота пополз в изножье её кровати.
***
Проснулся он опять оттого, что ласковые дамские ступни гладили его коротко стриженную макушку. Он с благодарностью поцеловал их, и нежные пальчики моментально откликнулись на его ласку – шутливо прищемили его нос и тут же играючи забрались в рот, пытаясь там поймать язык. Но язык оказался скользким, словить его не удалось, и тогда пальчики продвинулись внутрь, располагаясь у него во рту, как в своей удобной, домашней туфельке...
— Пососи мою ножку... - сонно приказала директриса. – Я люблю, когда послушные мальчики сосут мои ножки по утрам...
«Мальчики» - отметил он про себя. – Всё-таки она меня пока еще воспринимает как мальчика, хотя и изнасиловала вчера как «девочку». Но это как ещё посмотреть, - его внутренний голос высказал робкое несогласие с ним самим! Кончила она на тебе как на мальчике! Вернее, это ты кончил под ней, как мальчик. А вот как кончила она, и кончила ли вообще – тот ещё вопрос.
Она сонно засмеялась, продолжая шевелить ногой у него во рту.
— Смешные вы, парни. Нет, чтобы просто наслаждаться моментом, так вам подавай психоанализ. – Соси, я сказала!
И Москвич стал усердно сосать её слегка солоноватые ноги, облизав сначала правую, потом левую, после чего снова принялся за правую...
Мадам окончательно проснулась, и сразу начался интенсивный допрос с пристрастием.
— Что там думают твои друзья о своём новом положении?
— Мы толком и не успели вчера поговорить, - голос Москвича отчего-то просел, и ему самому показалось, что он мямлит как-то уж очень неуверенно, словно старается что-то скрыть.
— Тебе мешала Печать, или ты заметил, что парни перестали тебе доверять?
— Печать, конечно! А так нет, никакого недоверия я не заметил. Кроха и Костя вполне сочувствовали мне, Костя особенно.
Любимый Артур