– понятно, заслужил. Но почему «милфовская»? Кто такая эта милфа? Неужели, так они зовут Катю?
Он покорно опустился на колени, как положено, молитвенно сложил руки и тихо сказал:
— Прошу пропустить меня к леди Стефании. У меня важное сообщение от... - он слегка запнулся, но продолжил так же уверенно, - от экзекуторши.
И вроде ничего особенного не сказал, но своё отношение ко всем последним событиям обозначил ясно. Во всяком случае, умная поймет, а откровенных дур он вроде здесь не встречал.
— Ползи! – посмеиваясь, приказала Люда. – На четвереньках, как и положено вам ползать!
Барышни, одобрительно переглянувшись, освободили ему узкий проход между ними и некоторые из них выставили вперед ножки, обутые в кожаные зимние ботиночки. Целуй, мол, плата за проход – унизительная проскинеза. Всем целуй, ты теперь вражеский лазутчик, а таких положено гнобить и унижать.
Он и целовал, пока полз. Всем подряд целовал, даже не глядя и не запоминая, кто там как на него смотрел сверху, и кто презрительно плюнул ему на затылок. А были среди них и такие... Стриженой под ноль головой, он явственно ощущал их смачные плевки.
Элла встретила его у дверей палаты, внимательно его разглядывала пару минут, но потом отстранилась, пропуская. За дверью слышались приглушённые разговоры, и даже... переливчатый девичий смех!
А когда он вошёл, вернее, вполз на коленях в палату, челюсть его с треском свалилась на пол. Стеша и Илона лежали на соседних кроватях, держась за руки и сдавленно хохоча, зажимая себе рот ладошками! Словно ближайшие подруги!
Они посмотрели в расширившиеся от изумления глаза Павла и продолжили смеяться, теперь уже над его нелепым выражением лица. Москвич тем временем перевёл дух, с колен пересел на корточки, прислонился к железной койке Илоны.
— Гестаповка с минуты на минуту будет здесь, - сказал он тихо, стараясь настроить девушек на серьёзный ход мыслей. – Она хочет вас обеих посадить в подвал. Предварительно, правда, подлечив.
Илона вздохнула, кое-как успокаиваясь от смеха.
— Ты-то чего так разволновался, как охуевший селезень? – спросила она. – У тебя вон, я смотрю, аж морда лоснится от её выделений, тебе-то что беспокоиться? Сиди себе, отлизывай ей после каждой нашей порки, и в хуй не дуй! Это не твоё дело вообще-то...
— Вообще-то моё... - как можно тише и смиреннее ответил он. – У меня там близкий сидит. В этом, вашем, как его... Бездонном колодце.
Стеша впервые посмотрела на Москвича очень внимательным и почти серьёзным взглядом.
— Близкий? – переспросила она, словно само это слово чем-то заинтересовало её. – Не волнуйся, за ним есть кому присмотреть. И она его не тронет. Она знает, что демон его оставил, и скачет сейчас из головы в голову совсем у других персонажей.
— А я знаю, в ком он сидит наверняка! – неожиданно даже для себя самого вдруг выпалил Москвич. И тут же пожалел о сказанном. Всё-таки в палате, помимо Стеши, были еще две тёмные ведьмы.
— Все знают, в ком сейчас сидит демон, - равнодушно, и даже как-то презрительно, отозвалась стоявшая за его спиной, у самой двери, Элла.
— Вопрос в том, как его там локализовать! – добавила Стеша, уже вполне серьёзно. – У тебя есть какие-нибудь соображения на этот счёт?
Москвич растерянно пожал плечами.
— А как его оттуда изгнать? – столь же серьёзно спросила Илона.
И он снова был вынужден качать головой и пожимать плечами, отчетливо понимая, что в этой компании он самый бестолковый и потому бесполезный субъект.
— Ты ещё что-то хотел спросить? – продолжая пристально его разглядывать, поинтересовалась Стеша.
История О.