— Да, и это происходило в его доме. Меня заперли в комнате, где было одностороннее зеркало, так что я мог наблюдать за их девиантным поведением, если бы захотел. Само собой разумеется, мне не хотелось на это смотреть. Я так не устроен. Но я увидел достаточно, чтобы понять, что они сделали, и я никогда не смогу этого забыть. Я вырвался из их ловушки и провел прошлую ночь в мотеле. Я останусь здесь и на ночь. Если Мэри-Бет, дети или кто-нибудь еще позвонит вам в поисках меня, можете ли вы пока сослаться на свое неведение? Я не хочу, чтобы кто-нибудь, кроме вас двоих, знал, где я и что делаю.
— Конечно, Эндрю. Мы, как всегда, прикроем тебя, сынок. Ты это знаешь. Нам очень жаль, что так получилось. Никогда не думай, что это твоя вина. Ты отличный муж. Она каким-то образом сбилась с пути, и, возможно, пути назад уже нет.
— Не знаю, как насчет "отлично", но я сделал для нее все, что мог. Я пока не планирую рассказывать об этом детям. Я не могу оставаться в мотеле бесконечно. Смогу ли я остаться с вами ненадолго, просто до тех пор, пока снова не встану на ноги?
— Конечно, ты можешь. Наш дом - это всегда твой дом. Мы начнем убирать твою старую комнату сегодня. Просто дай нам знать, что тебе нужно, и мы сделаем все возможное, чтобы помочь. Хорошо? Мы любим тебя, сынок.
— Я тоже люблю вас обоих. Это мой новый временный номер, по которому вы можете связаться со мной. Мой старый телефон был конфискован. Я поговорю с вами позже.
*********************************
Горячий обед в местной закусочной немного успокоил мои нервы. Еда была неплохой, и это дало мне время поразмыслить о своем будущем. Но сейчас я хотел дать Мэри Бет время прийти в себя после того, как обнаружил, что решительно отвергаю ее образ жизни. Дать ей почувствовать хоть часть того беспокойства, через которое она заставила меня пройти. Возможно, мой телефон уже у нее, но она понятия не имеет, как со мной связаться. Хорошо. Я вернулся в мотель и прилег вздремнуть после обеда. Я не торопил события. В 15:30 меня разбудил звонок моего телефона. Больше ни у кого не было этого номера.
— Привет, Эндрю, - начал мой отец. - Как ты себя чувствуешь?
— Ты застал меня дремлющим. Но мне не терпится узнать какие-нибудь новости.
— Ну, тогда ладно. Я просто хотел сообщить тебе, что Мэри Бет только что звонила и спрашивала, нет ли от тебя вестей.
— Да. Она сказала, что вчера вечером на вечеринке произошло серьезное недоразумение и что ты видел, как она танцевала с милым мистером Хиггинсом, который был настоящим джентльменом и каким-то образом неправильно истолковал то, что, как тебе кажется, ты видел. Она рассказала нам, что ты внезапно ушел, не сказав ни слова, и с тех пор тебя никто не видел и не слышал о тебе. Мэри Бет объяснила, что она очень беспокоится о тебе и что твоя социальная незащищенность, связанная с твоим аутизмом, должно быть, вызвала у тебя негативную реакцию. Она умоляла нас дать ей знать, если мы получим от тебя весточку.
— Вот - лживая ведьма! Она не признает никакой вины или ответственности за свое предательство прошлой ночью и использует мой аутизм в качестве оправдания.
— Мы не сообщили ей, что уже получили от тебя весточку. Я просто хотел, чтобы ты знал, что она говорила о прошлой ночи. Как ты сказал, она отрицает, что между ней и твоим
Кобольд( навеяно одноименной пьесой Грига)