Не мудрено, что со света в полутемном коридоре я ошибся и поздоровался: «Здравствуйте, Нина Игоревна! Как поживаете?». Услышав в ответ звонкий девичий смех, я понял, что ошибся. И еще понял, что пропал.
Хотя был я человеком ответственным и дисциплинированным, ни на какую консультацию я, конечно, не пошел. Проводив маму с дочкой до центра, я добился от Ирины согласия на свидание вечером. Причем при полной поддержке Нины Игоревны. Правда и сопротивления особого не было. Глазки сверкали изумрудами, щечки румянились, губки смеялись. Видно, в хорошенькой, рыженькой головке шли те же процессы, что и в моей.
И, как говорится, завертелось! К субботе я уже знал абсолютно точно – это моя судьба. Я люблю и любим. Виделись мы каждый день. Иногда по нескольку раз, стараясь провести вместе как можно больше времени. У моей мамы и будущей тещи даже возник вопрос - думаю ли я диплом защищать? К счастью, основная часть работы была выполнена раньше. Оставалось только наведение глянца, а на это времени вполне хватало.
В конце июня я защитился, как и хотел на «отлично». После защиты мы тесной компанией отправились в ресторан отметить это событие. Были с нами и Вовчик с Витьком, со своими девчонками. И конечно Иринка.
Компания о ней знала и очень ей интересовалась. Приняла мою подругу легко и дружелюбно. Только Татьяна сначала поглядывала на Иринку с явным неодобрением, но девушка она была умная и правильные выводы сделала быстро.
Вечером, провожая подругу домой, нацеловавшись на лавочке в кустах возле ее дома до головокружения, я сделал ей предложение. В ответ услышал: «Да!!!». Был зацелован и засыпан хвалебными эпитетами.
О нашем решении мы в этот же вечер рассказали ее маме и получили «благословение». К себе домой я попал уже после двенадцати. Мама еще не спала, и я порадовал ее этой новостью тоже. Ирину она знала и мое решение одобрила, заметив правда, что торопливость хороша только при ловле блох.
А быстро и не получилось. Со свадьбой была только одна сложность – для того, чтобы я попал на работу в Пароходство и именно на океанский сервис, моим родителям и их знакомым пришлось приложить не мало усилий, и отказаться от этого просто так было нельзя. В конце июля я обязательно должен был быть на судне. На оформление на работу, прохождение медкомиссии и получение требующихся моряку сертификатов оставалось совсем мало времени. Для свадьбы времени не оставалось совсем. Тем более наши отцы были в море. Если Ирина с ее мамой к возможному отсутствию отца на свадьбе отнеслись достаточно спокойно, мы с мамой такой вариант даже не рассматривали.
Собравшись вместе с нашими мамами, решили, что мы с Ириной подаем заявление в ЗАГС, а перед назначенной датой регистрации она предоставляет справку из отдела кадров, о том, что я в рейсе и регистрацию назначают на новый срок.
Все свободное время от защиты до отъезда мы провели вдвоем, дома у меня или у нее. Целовались, обнимались, зажимались. Я изучил, погладил и поцеловал неоднократно, каждый кусочек ее тела. Вот только трусы с нее снять Иринка не позволила и руку в них не пускала. Пришлось ласкать и целовать ее «девочку» сквозь трусики. Благо были они всегда шелковые и очень тоненькие.
Скромность невесты меня в целом порадовала. Это была время триумфа в стране сексуальной революции, большинство девушек лишались невинности еще в школе, и восемнадцатилетняя девственница была настоящей диковинкой. Хотя в моем организме бурлили гормоны и зашкаливал уровень тестостерона этот факт грел мое самолюбие.
Месяц в ласках пролетел как мгновение. Расцеловав плачущую невесту, я ушел в свой
В тридесятом царстве ...