своим долгом посвящать меня во все сплетни о ней. По словам моей сестры, Кейт была помолвлена с одним крутым доком из Филадельфии. Эта новость убила всякую надежду на наше примирение, а меня чуть не убила. Но такова жизнь. Я расправил плечи и продолжил маршировать.
Моей основной работой в Вашингтоне было «информирование». Любой, кто когда-либо работал в этой сфере, знает, что «информирование» - это кодовое слово для лоббирования. Моя задача заключалась в том, чтобы расширить наше влияние на оборонное сообщество и людей, которые поддерживают его в Конгрессе. Я знал свое дело - у меня уже было четыре патента, но я был невероятно молод, и мне было трудно добиться встреч с нужными людьми.
В итоге мы наняли «открывателя дверей». Уилкс был парнем из палаты представителей, который проработал в ней несколько сроков. Его работа заключалась в том, чтобы показать мне веревочки. Ему было около сорока лет, и до избрания он работал в Конгрессе. Бывшие депутаты не могут похвастаться такими выгодными сделками, как бывшие сенаторы, но любой, кто проводил время в Комитете по путям и средствам, имел известность в городе, а Уилкс знал, как распределять ресурсы.
У меня была встреча с ним в «Ястребе и голубе» на Пенсильвании. Там тусуются сотрудники Палаты представителей. Если бы мой парень был сенатором, это был бы «Чарли Палмерс», «Капитал Гриль» или «Монокль», и гораздо дороже.
«Ястреб и голубь» - это как «Место Счастливой Охоты» для женщин. Вы думаете о Вашингтоне как о месте, где доминируют мужчины; ведь все, кого вы видите в СМИ - это старые белые парни на дорогих коврах. Но Вашингтон питает неуемный аппетит к клерикалам, а женщины - реальная сила, стоящая за большинством престолов на Холме. Так что соотношение доступных женщин и мужчин ближе к 2:1 в пользу парней.
Уилкс сказал, чтобы я встретился с ним в президентском уголке бара наверху. Там было немного тише. Он назначил мне встречу с председателем Комитета по энергетике и торговле Палаты представителей и хотел проинформировать меня.
Я приехал на станцию метро «Капитолий Южный» по голубой линии. Это было лучше, чем бороться с пробками в Вашингтоне, даже если вы получаете возможность близко познакомиться со всеми остальными сардинами в банке. Уилкс был в Министерстве энергетики на Индепенденс и ехал вниз от остановки «Смитсоновский музей».
Летом сочетание жары и влажности в Вашингтоне делает его одним из самых некомфортных мест на планете. В большинстве дней кажется, что ты живешь в центре Бангкока. Поэтому по прибытии Уилкс был насквозь промокшим. Первым делом он заказал холодное пиво, осушил его, а затем заказал еще одно. Он был в восторге.
Уилкс был симпатичным парнем, обаятельным и утонченным. В то время как я был неуклюжим ботаном ростом 193 см, не от мира сего, и хранившим целибат в течение всего избирательного цикла. Наши контрасты были очевидны.
— Хорошие новости, Джейк, — сказал он, — я нашел заместителя министра, который заинтересовался твоими интерфейсами для дистанционных терминалов. Завтра мы согласуем это с председателем комитета. Думаю, мы сможем получить большое ведро денег, записанных в ассигнования на развитие энергетики и водных ресурсов.
— Сколько? — спросил я.
Уилкс ответил:
— Может быть, до пятидесяти миллионов, — и ухмыльнулся.
Неудивительно: он собирался заработать кучу денег на этой зацепке. Разумеется, я тоже.
Естественно, нам придется пройти через процесс торгов. Но если бы условия были составлены таким образом, что они благоприятствовали маленькому специализированному производственному предприятию в восточной Пенсильвании, это не было бы совпадением.
— Что мне нужно сделать завтра? — спросил я.
Уилкс приступил к изложению сценария. Это была стандартная схема работы
Помывочный блок