всегда возвращался в Шарлотту Амалию. Люди меня там игнорировали. Я думаю, это холодный, безжалостный эффект бюрократии. Она поощряет личную дистанцию. В Вашингтоне тоже так. Я хотел остаться безымянным.
Я встал, жестом подозвал Бастера и начал идти обратно к яхте. Он последовал за мной. Его хвост с надеждой покачивался в ожидании времени кормления. Когда мы подошли, я увидел, что в кокпите сидит незнакомка. Это была женщина, примерно, моего возраста. Должно быть, в молодости она была сногсшибательной, потому что в свои пятьдесят с небольшим выглядела очень привлекательно.
Меня это раздражало. Я не люблю, когда вторгаются в мою личную жизнь. В Шарлотте-Амали слишком много круизных судов, и иногда туристы забредают на пристань, чтобы посмотреть на большие яхты. Пару раз я видел, как дети использовали носовую часть судна в качестве платформы для прыжков в воду, но более взрослые и благовоспитанные люди, как эта дама, обычно были более осмотрительны.
Она смотрела налево, в сторону острова Хассел, и поэтому не заметила, как мы подошли к причалу. Гулкий лай Бастера испугал ее. Она подпрыгнула и повернулась к нам лицом.
Второй раз в жизни меня захлестнуло цунами воспоминаний. Она была на двадцать пять лет старше. Но даже несмотря на это, я узнал бы эти прекрасные ореховые глаза где угодно. В конце концов, я с любовью смотрел в них все время, пока рос.
И снова это была Кейт!
Она нервно улыбнулась и сказала:
— Привет, Джейк. Я надеялась поговорить с тобой.
Мой мозг словно взорвался и пытался перезагрузиться. Кейт была единственным человеком, к которому я испытывал хоть какие-то чувства за всю свою жизнь - кроме Иви, конечно. На протяжении всего детства, юности и ранней взрослой жизни она была моим единственным спутником. Мы все делали вместе и планировали провести друг с другом всю жизнь, поэтому казалось естественным, что годы уходят, и все старые чувства, ассоциации и воспоминания нахлынули вновь.
Потеря Кейт стала величайшей трагедией в моей жизни - пока смерть Иви не упразднила ЭТОТ трофей на все времена. Но наше несчастливое расставание произошло сорок лет назад. За прошедшие годы я прожил полноценную жизнь с самой очаровательной женщиной на свете. ОНА сделала из меня того, кем я стал.
Я ступил на боковую палубу лодки, перевалил через планшир и оказался в кокпите. Бастер спрыгнул рядом со мной. Он все еще подозрительно смотрел на Кейт.
— Боже мой, Кейт. Я рад тебя видеть, но что ты здесь делаешь? — сказал я.
— Я хотела серьезно поговорить с тобой, — ответила она.
Я показал в сторону каюты:
— Спускайся в гостиную, пока я покормлю Бастера. У старика есть свой распорядок дня.
Я понял, что отдаю предпочтение своей собаке, а не ей, но я не приглашал ее в гости.
У «Beneteau» роскошная гостиная, отделанная деревом, кожей и хромом. Я приобрел пакет «Премьер», поэтому мебель была того же класса, что и оборудование. Шедевры на передней переборке были одними из лучших у Иви. Иви их обожала. Поэтому это были единственные ее вещи, с которыми я не мог расстаться.
Кейт была впечатлена декором. Я прошел на камбуз, наполнил большую тарелку Бастера кормом и миску с водой. Он тут же зарылся щеками в свою вечернюю еду. Я повернулся и сел в кресло в гостиной, жестом предложив Кейт сесть там, где ей будет удобно. Она села на диван, сцепив колени, и выглядела еще более нервной.
На ней была классическая униформа преппи (стиль в одежде, произошедший от формы учащихся колледжей): топсайдеры, белая плиссированная юбка и темно-синяя блузка. Блузка была с небольшим вырезом и обязательным набором жемчуга. Она не должна
Отсутствие ревности