Мы устроили ужин в честь приезда мамы. Шампанское для дам, виски для меня. Лена старательно накладывала салат, но её пальцы дрожали, когда она передавала тарелку матери. Теща, в своём подчёркнуто элегантном красном платье, нарочито медленно потягивала шампанское, оставляя отпечатки помады на бокале.
"Ты так прекрасно выглядишь, мам", - сказала Лена, но её взгляд скользнул ко мне, проверяя реакцию.
"Спасибо, дорогая. В пятьдесят лет ещё можно нравиться мужчинам, правда, Андрей?" - теща улыбнулась, и её нога под столом нежно провела по моей голени.
Ужин тянулся мучительно долго. Лена становилась всё разговорчивее с каждой рюмкой, теща - наоборот, молчаливее, только её глаза не отпускали меня ни на секунду.
Когда мы наконец закончили, женщины по очереди приняли душ. Я слышал, как теща напевала за дверью ванной, а Лена нервно перебирала косметику на полочке.
В спальне Лена набросилась на меня ещё до того, как я успел закрыть дверь. Её губы были горячими, руки - дрожащими. "Я не хочу делиться", - прошептала она, срывая с меня рубашку.
Наш секс в тот вечер был странным сочетанием нежности и отчаяния.
Лена лежала на спине, ее ноги дрожали от моих прикосновений. Я опустился между ее бедер, ощущая сладкий аромат ее возбуждения. В отличие от грубоватой страсти с тещей, здесь все было иначе - мои губы ласкали ее нежно, как драгоценность, язык выписывал медленные круги вокруг ее клитора, прежде чем погрузиться внутрь.
"Ах, да... вот так..." - Лена закинула руки за голову, ее бедра приподнимались навстречу моему рту.
"Ах, да... вот так..." - Лена закинула руки за голову, ее бедра приподнимались навстречу моему рту.
В гостиной теща закусила нижнюю губу. Ее пальцы яростно терли набухший клитор, воображая, что это его язык. *"Он так мастерски это делает... О Боже..."*
Я поднялся, чтобы поцеловать Лену, давая ей почувствовать на ее губах ее же вкус. Она жадно втянула его, ее руки потянулись к моему члену. В отличие от властной тещи, которая брала что хотела, Лена ласкала меня почти робко - ее губы скользили по стволу, язык играл с головкой, прежде чем она полностью приняла меня в рот.
"Ты так прекрасен... весь мой..." - прошептала Лена между ласками.
Когда я вошел в Лену, мы начали двигаться в идеальном ритме - не в бешеной скачке, как с тещей, а в медленном, глубоком танце любви. Наши тела сливались, ее ноги обвились вокруг моей спины, притягивая меня глубже.
"Я люблю тебя... только тебя..." - шептала она между поцелуями.
Теща в гостиной уже не могла сдерживаться. Ее пальцы входили внутрь, представляя, что это он, а большой палец яростно тер клитор. *"Да... да... вот так..."*
В гостиной раздался сдавленный крик - теща кончила, кусая свою же руку, чтобы не застонать слишком громко. Ее тело дрожало в волнах оргазма, пока она слышала, как ее дочь тоже достигает пика в соседней комнате.
А потом настала тишина. Мы боялись дышать, переполняемые чувством глубочайшего удовлетворения и неловкости. Лена прижалась к моей груди, её сердце бешено колотилось, а пальцы нервно перебирали мои волосы.
Из гостиной не доносилось ни звука.
— Она всё слышала... — прошептала Лена, и в её голосе смешались стыд и странное возбуждение.
Лена прижалась ко мне сильнее, её дыхание постепенно выравнивалось. Я чувствовал, как её пальцы рисуют невидимые узоры на моей груди — то ли вопрос, то ли признание. Где-то за тонкой стеной донесся едва уловимый шорох — будто кто-то осторожно переворачивался на кожаном диване в гостиной.
"Ты думаешь, она..." Лена не договорила, но её рука невольно опустилась ниже, к моему животу. Я поймал её пальцы, сжимая в своей ладони. В
Черемуха