Лиза использовала комок туалетной бумаги, чтобы впитать остатки.
— Майк, не могли бы вы подать мне тёплую влажную тряпочку? — попросила она.
После того как я вручил ей тряпочку, я сказал:
— Думаю, нам лучше принять душ. От нас обоих пахнет сексом.
Лиза присоединилась ко мне в душе, и мы отмылись дочиста. Когда душ был выключен, Лиза прижала меня к стене, прижавшись грудью к моей груди. Она схватила мой член:
— Какой прекрасный кусок мяса. Нам стоит повторить, — заметила она.
— Наш секс был разовым, верно? — спросил я.
— Да, как в старой рекламе чипсов Lay’s, — ответила она.
Я не мог вспомнить, о чём она, и посмотрел на неё с недоумением.
Она подмигнула и рассмеялась:
— Спорим, не сможешь съесть только один.
Мы вышли из душа и начали вытираться. Я опустился на колени на коврике, и её соски оказались на уровне моих глаз. Я притянул Лизу к себе и несколько раз пощекотал каждый сосок языком. Она прижала моё лицо к своей груди, и я подумал, что она позволит мне лизать и сосать её сколько угодно.
На самом деле мне хотелось вылизать её киску. Я наклонился на четвереньки и просунул язык между её губками. Она расставила ноги примерно на метр, позволяя мне обводить её клитор языком.
— Какое ты наслаждение для старушки, — сказала она прерывистым голосом.
Я был слишком занят, чтобы ответить. Ещё пара минут, и её ноги задрожали, а она тяжело дышала. Когда оргазм накрыл её, я почувствовал, как большая часть её веса легла на мои плечи, когда она чуть не рухнула на меня.
Когда она пришла в себя, она сказала:
— Ты заслужил награду за свой добрый поступок сегодня. — Лиза схватила мою руку и повела к кровати. — Ложись, я сделаю тебе лучший минет в твоей жизни.
Минеты Эмили я считал превосходными, но они не шли ни в какое сравнение с Лизой. Конечно, у Лизы было почти двадцать лет опыта больше, чем у Эмили. Техника Лизы могла бы заставить мраморную статую Давида Микеланджело эякулировать. Мне казалось, что Лиза вывернет мой член наизнанку, когда я наконец кончил.
— --
Джон и Эмили вернулись в шале около пяти вечера. Они отлично провели день на чёрных алмазных склонах, но сказали, что из-за Нового года была огромная толпа. Приходилось долго ждать подъёмников.
— Слышали, Джейсона Халбертсена арестовали и он в тюрьме? — спросил я их.
— Ты шутишь, да? — спросила Эмили.
Джон был более экспрессивен:
— Так этому ублюдку и надо. Никто не смеет пытаться изнасиловать мою дочь и выйти сухим из воды.
Пока Джон принимал душ, Эмили села мне на колени. Её тело было холодным, и я пытался её согреть. Она схватила мой член и улыбнулась:
— Идеально для грелки для рук. Жаль, что у тебя их не два.
Поскольку Джон и Эмили устали от катания, Джон спросил, не против ли я заказать пиццу.
— Я люблю пиццу, но не каждый день, — ответил я.
Лиза удивила доставщика пиццы, открыв дверь, завёрнутая в полотенце. Я заметил, что большая часть её татуировки бабочки-монарха выглядывала из-под полотенца.
Пока мы ели пиццу, Эмили рассказывала, как весело ей было мчаться по чёрным алмазным склонам.
— В следующем году ты будешь готов к ним, Майк, — сказала она.
Мне хотелось быть лучшим лыжником, чтобы присоединиться к ней.
После пиццы мы пошли в гостиную и сели у камина. Вскоре Джон заснул на одном конце дивана, а Эмили — на другом.
Мы с Лизой разбудили наших партнёров и увели их в спальни.
Наверху в спальне Эмили спросила, можем ли мы обойтись без секса — она устала
Моя кузина Сильвия (перевод)