семья — южные баптисты и консервативны до мозга костей. Я долго думала, становиться ли нудисткой, учитывая мой бэкграунд и то, что мои груди разного размера, но потом решила: «Какого чёрта? Если люди не могут принять, что они разного размера, их проблемы».
Это вызвало взрыв смеха.
— Теперь я другая, — сказала Кайла. — После школьных уроков физкультуры я всегда несла полотенце на груди по пути в душ, заходила последней, а потом снова прикрывалась, выходила последней. Поэтому у меня никогда не было парня — я слишком стеснялась своих грудей. Теперь я пытаюсь оставить стыд позади.
Я сказал:
— Кайла, у тебя прекрасные груди, и то, что они разного размера, не должно волновать ни одного парня. Пластический хирург мог бы сделать их одинаковыми.
Кайла ответила:
— Мои родители и так еле тянут, отправляя меня в колледж, так что увеличение груди придётся отложить, пока не закончу учёбу и не найду работу. А пока я дала им имена — правую зову «Гора», левую — «Кротовина».
Это вызвало ещё один смешок.
Эмили указала Марии и Кайле:
— Яйца Майка тоже не одинаковые.
Мария и Кайла уставились на мой пах.
Эмили потянулась между моих ног и вытянула мою мошонку, чтобы Мария и Кайла видели:
— Смотрите, его левое яичко больше правого и висит ниже. Кайла, иди сюда.
Я не мог поверить, что Эмили такая наглая.
Кайла нерешительно пересекла комнату и встала рядом с Эмили.
— Потрогай разницу, — сказала Эмили, взяв руку Кайлы и положив её на мою мошонку.
Пока Эмили водила рукой Кайлы по моим яйцам, Кайла покраснела до ярко-розового. Её мягкая рука вызвала прилив крови к моему члену, и через секунды он стал твёрдым, как брусок.
Кайла сказала:
— Ого, я не знала, что они так быстро набухают.
Эмили обхватила рукой Кайлы мой член и сказала:
— Ты не представляешь, как хорошо эта штука может заставить тебя чувствовать.
Кайла покраснела ещё сильнее и спросила:
— Он всегда такой горячий?
Эмили засмеялась:
— Когда его заведёшь, да.
Кайла вернулась на своё место, села и обмахивала лицо рукой. Она нервно хихикнула:
— Не верю, что я это сделала.
После нашего короткого контакта Мария предложила сыграть в карты.
— Во что хотите? — спросила она.
— В покер на раздевание? — невозмутимо пошутила Кайла.
Мы все засмеялись, и Эмили предложила джин-рамми. Остаток визита мы провели за картами.
Уходя, Эмили спросила, комфортно ли Марии и Кайле было провести вечер голыми в присутствии голого мужчины. Мария сказала, что сначала немного нервничала, но это быстро прошло. Кайла сказала, что впервые показала свои разные груди мужчине и не чувствовала себя неловко или зажато.
Вернувшись в квартиру, я спросил Эмили:
— Почему ты так хотела показать мои яйца Кайле?
— Когда Кайла и Мария были у нас на днях, Кайла сказала, что никогда не трогала мужское хозяйство. Я подумала, что она может просветиться, и не слышала, чтобы ты жаловался на руку Кайлы.
— Так меня подставили, да?
— Типа того, но тебе же понравилось, правда? — спросила Эмили.
— Раз уж ты упомянула, да.
— --
Наша квартира была нашим нудистским гнёздышком любви — мы с Эмили всегда были голыми дома. Она была маленькой, но нам хватало: уютная кухня, две спальни, гостиная, ванная, кладовка и балкон (которым мы почти не пользовались, потому что не решались выходить голыми).
Спальня, где мы спали, была побольше — хватало места для кровати king-size, комода и двух тумбочек; вторая спальня, для учёбы, была заметно меньше. Там стояли наши два стола, картотека, ещё один комод и большой книжный шкаф.
С началом осеннего семестра мы вошли в рутину: утренние занятия, обед дома, дневные занятия, ужин, потом учёба до десяти вечера.
попался