ладонь находит путь к чувствительной вершине моего лона, где ожидание и напряжение достигли своего апогея.
Я зажмурилась, ощутив, как первая волна удовольствия накрывает меня, но мысли о Курай никуда не ушли. Мне хотелось её — ощутить её тело, её тепло, её дыхание рядом. Но сейчас, хотя бы сейчас, я могла хотя бы немного выпустить то, что рвалось у меня изнутри. И пальцы, пока не поздно, продолжили терзать горошину клитора, отчего жар внутри разгорелся с новой силой, и мои движения стали быстрыми, порывистыми. Каждый раз, когда мои пальцы касались стимулируя клитор, напряжение внутри усиливалось, заполняя всё моё тело. Я выгнулась, спиной прижимаясь к постели, а ноги раздвинулись шире, чтобы дать свободу моим действиям. Тепло, нарастающее с каждым мигом наконец вышло, вызвав у меня новый оргазм. Он был настолько сильный, яркий и ослепляющий, что я не открывая глаз продолжила водить руками по своей щёлочке не замечая как простыня подо мной намокает от соков, а губы прикусились сами собой, чтобы не выдать себя громким стоном, который рвался наружу. Моё сердце бешено стучало, а в висках шумело. Весь мир сузился до этих мгновений, когда я чувствовала, как каждая клеточка моего тела наполняется этим сладким освобождением. Судороги, казалось, не прекращались, оставляя после себя дрожь, которую было трудно успокоить.
Когда наконец дыхание стало более ровным, я заставила себя подняться. Времени почти не оставалось, я уже слышала шум вытекающей из бачка воды.
Метнувшись к комоду, я схватила первые попавшиеся трусики и быстро натянула их, стряхивая с себя остатки наслаждения. Мокрые трусики я, не думая, засунула под матрас, стараясь убрать любые следы своих действий и тут я увидела пятно влаги на простыне. Паника почти обрушилась на меня, но я быстро уселась на это место, надеясь что Кури не почувствует этой влаги. Внутри меня всё ещё пылал слабый жар, как эхо пережитого.
Я едва успела сесть на влажное место, как дверь снова открылась, и в комнату вернулась Курай. Её лицо было спокойным, а в глазах читалось лишь лёгкое любопытство. Она подошла ко мне и, не говоря ни слова, легла рядом у стенки, далеко от места "преступления", и обнимая меня так, будто ничего не произошло. Её тепло обволакивало меня, и я закрыла глаза, чувствуя, как это простое прикосновение приносит неожиданное спокойствие.
Я посмотрела на неё и, не сдержав порыва, легко поцеловала её в губы. Это было нежно, почти невесомо, но моё сердце застучало ещё сильнее.
— Я люблю тебя, — прошептала я, чувствуя, как тёплое, уютное чувство разливается в моей груди, заменяя пылкие эмоции на что-то более глубокое.
Курай слегка удивлённо посмотрела на меня, но её лицо озарилось мягкой улыбкой.
— И я тебя, — ответила она, её голос был тёплым, обволакивающим. — Давай спать. Нам рано вставать.
Я кивнула, пряча лицо в её волосы, чувствуя их мягкость и запах, который успокаивал меня. Моё тело наконец обретало покой, и я, убаюканная её дыханием, позволила себе закрыть глаза. Впервые за этот день я почувствовала себя умиротворённо, находясь рядом с ней.
Я осторожно устроилась рядом с Курай, положив голову на её плечо. Её тепло было таким естественным, таким родным, что на мгновение мне показалось, будто ничего в мире не может быть неправильным. Моё дыхание стало ровным, почти синхронным с её. Но внутри меня всё ещё горел жар. Я не могла удержаться и, немного повернувшись, закинула ногу между её ног, прижимаясь ближе. Моё бедро скользнуло вдоль её промежности, и я почувствовала тепло её тела. Это было невинное движение, но в то же время
Необычная женщина. Знакомство.