В конце концов я позвонил маме и рассказал ей, что происходит. Она сказала, что отправится в путь и позвонит всем остальным, и родителям Джилл, если я захочу. - Нет, мама, я должен им позвонить сам.
Повесив трубку, я глубоко вздохнул, нервничая настолько, насколько это вообще возможно, и набрал номер Джорджа на сотовом. - Привет, Джим. Все в порядке? – ответил он.
— Джордж, у тебя есть внучка, но Джилл нездорова.
— Что?
— Да, у нее случилось то, что они называют эклампсией, и ее поместили в отделение интенсивной терапии, чтобы наблюдать за ней.
— Боже мой, - пробормотал Джордж.
Я услышал голос Бетти на заднем плане: - Джордж... Джордж... что происходит?
Джордж, должно быть, передал Бетти трубку: - Джим, что происходит?
Я с трудом мог ей сказать -. ..Я не могу говорить об этом, но Джилл родила ребенка. Она нездорова. Ее отвезли в отделение интенсивной терапии.
— О, Джим. Оооо... - она сделала паузу, - Мы уже выезжаем. Пройдет 8 часов, прежде чем мы сможем добраться туда.
— Спасибо... Мне так жаль.
— Ты просто будь там и позвони, если будут какие-то изменения.
Я сидел и ждал еще час. Никто ничего не хотел мне говорить. Наконец мне сказали, что я могу увидеть ребенка. Я зашел в родильное отделение и увидел Пейдж. Она выглядела как обычный новорожденный. Это еще больше усложняло понимание. Должно быть, я простоял там целую вечность.
Наконец, пришел акушер-гинеколог и сообщила мне, что состояние Джилл стабильное, но у нее все еще проблемы с кровяным давлением, и она не совсем здорова. Кажется, у нее был какой-то припадок, и врач спросила, есть ли какие-либо причины. Я рассказал ей, как все было на самом деле. Она положила руку мне на плечо и сказала, что, по сути, я ничего не мог сделать по-другому.
Наконец, мне разрешили вернуться в отделение интенсивной терапии, чтобы проведать Джилл. Она не была подключена к аппарату искусственной вентиляции легких, но они давали ей кислород через носовую трубку. Я взял ее за руку и рассказал о ребенке. Она была без сознания и не обращала на меня внимания. Я держал ее за руку 15 минут, пока меня не вывели из комнаты.
Они сказали мне, что дали ей транквилизатор и некоторые другие лекарства. Ее кровяное давление все еще было несколько повышенным, но постепенно снижалось. Через некоторое время персонал отпустил меня, и я пошел взглянуть на ребенка, прежде чем отправиться в вестибюль, где я сидел и ждал. Я был чертовски удивлен, когда вошли Большой, бабушка и мама. Прошло всего 2 с половиной часа, а до дома было почти 5 часов езды.
— Мой друг разрешил нам воспользоваться его самолетом, - объяснил Большой. Оказалось, что это был один из его хороших клиентов. Мы все пошли навестить Пейдж, и в это время к нам подошла медсестра.
— Мы собираемся перевести вашу жену в палату, - объяснила медсестра. - Ее жизненные показатели находятся в пределах нормы, и мы можем наблюдать за ней в обычной палате. - Казалось, тяжесть свалилась с моих плеч. Я позвонил родителям Джилл и сообщил им об этом. Они сказали мне, что будут примерно через 5-6 часов. Я попросил их быть осторожными, и мы будем их ждать.
Родители Джилл приехали после 9 вечера. Мама Джилл вошла, взяла ее за руку, и Джилл впервые открыла глаза. - Привет, мам, - тихо произнесла она. Мы с ее отцом подошли, чтобы прикоснуться к ней.
— Боже, девочка, ты заставила меня волноваться до смерти, - она видела, как я расплакался. - Я люблю тебя.
Ленькины рассказы. Часть 1. Про крапиву и бойцов.