Лен, наверное, нервное что-то. Волнуюсь очень сильно. Сил нет, как покурить охота.
Она разочарованно вздохнула и поднялась на ноги. Не одеваясь, повела меня в комнату с ковром. Достала из ящика тумбочки зажигалку и две початые пачки. Одна моя, обычный Давыдофф, а вторая серебристая, с зелёной буквой «М» во всю пачку. Я выбрал «М».
— Ты бы не увлекался этим!
— Я в курсе, просто не каждый день при таких обстоятельствах с кузиной встречаешься.
Я заметил то, что упоминание о нашем родстве ей не добавило перчика, а скорее наоборот. Хотел сесть на диван, но она подтолкнула меня к стулу с необычно пологой, как обычно бывает у кресел, спинкой, и подтолкнула меня в грудь, чтобы откинулся на неё. В первый момент промелькнула мысль о том, что Лена заботится о моём комфорте, но едва она встала, расставив ноги надо мной, я понял, что ошибся и она заботится о своём комфорте. Я не успел закурить, а она уже опустилась, обволакивая и поглощая меня мокрым теплом. Было довольно удобно и приятно. Я закурил и страхи оставили меня. Все сомнения начали отступать. Лена перехватила сигарету и тоже затянулась несколько раз, пока я поочерёдно ловил ртом соски её зыбкой материнской груди. И тут меня осенило:
— А может быть тебе действительно забеременеть?
Мы докурили сигарету до середины, и Лена, в очередной раз приняв её у меня, решительно загасила в пепельнице. Дотянулась до стола, поставила её, попутно придушив сиськой, и только выпрямившись, с кокетливой улыбкой спросила:
— А ты хочешь мне в этом помочь?
Это было не простое кокетство – мягкий кисель, сделался более упругим и горячим. Опьянения в нас не было, но всё, что не касалось близости, отступило, оставило нас. Плавно раскачиваясь, Лена улыбалась мне с нежностью в глазах и заговорила жарким шёпотом.
— Видишь, ничего страшного в том, чтобы любить свою сестрёнку, совсем нет. Он у тебя такой твёрдый! Он у тебя всегда такой? Он мне нравится.
— И ты мне нравишься. Я с ума схожу – в тон ей, шёпотом, ответил я
— От чего?
— От желания сделать тебе ребёнка.
— Сделай, я тоже хочу этого.
Лена начала более активно двигаться, опершись ладонями о спинку стула у меня за плечами, и я благодарно поцеловал её руку. Она задышала более шумно и часто. Время от времени прикрывая глаза. Сказанное ею явно возбуждало мою партнёршу.
— А Кирилл? – продолжил я наше перешёптывание.
— Он... тоже хочет, чтобы от тебя. Как хорошо! Милый, я тебя люблю!
— Кирилл сам хочет или это твоя идея?
— Сам. Он – псих. Все мужики – психи. Его сильно возбуждает, что не от него.
— Всякие фантазии бывают от перевозбуждения – попробовал я вступиться за родственника.
— Нет. Тут другое. Он ещё первого хотел, чтобы я родила от тебя, но ты был в армии, и тогда он захотел, чтобы от его... одним словом, другого человека.
Лена ускорила движения, прервав разговор и начала подвывать, но вскоре остановилась, и старалась отдышаться. Но вот выпрямилась и сама приткнула свои груди к моему лицу, снизу приподняв их ладонями.
— Поцелуй их.
Я начал посасывать комочки сосков, стараясь вытянуть их наружу и языком прижать к нёбу, и Ленка шумно дышала, чуть запрокинув голову. Я знал, что по ощущению женщинами, это похоже на то, как сосёт грудь ребёнок, и каждой, которая когда-либо кормила грудью, такая ласка дарит ни с чем не сравнимый восторг.
— Я ещё хочу – шумно выдохнула Лена, и я выпустил сосок.
Меня просто подмывало спросить. Я помнил, что у Кирилла из близких родственников мужчин есть только отец,
Пойковские рассказы