Намекал на прекрасное будущее. Ладно, спасибо за новости. Вам не до меня сейчас.
— Лад, спасибо тебе! Это же ты меня спас!
— В смысле? Не понимаю.
— Что тут не понятного! Это же ты сделал меня беременной! – засмеялась Ленка. Тебя это не радует?
— А ты хочешь родить этого ребёнка?
— А у меня и выбора нет! Нет, пойми меня правильно, хочу, только немного страшно, каким он родится. Ну, ты понимаешь! Мы же...
— Ну, да. С ним всё будет хорошо.
— Думаешь?
— Уверен. Это же будет дочь, значит, гены по материнской линии будут, от бабушки, мамы твоей мамы.
— Успокоил.
Она поцеловала меня в щёку. Я не стал уклоняться.
— Поеду я. Есть над чем задуматься.
Кира напутствовал меня:
— Подумай, и соглашайся, как в том кино. С паршивой овцы – хоть шерсти клок!
Я нырнул в свою машину. Остаться пообедать меня никто не уговаривал. Катись, мол, Ладик, скатертью тебе дорожка!
В голову старались пролезть гаденькие своей практичностью мысли. Деньги. Да положить мне на его деньги, с прибором! Что с женой будет после такого сексуального опыта! Вот главное! Хорошо, если до блядства не скатится! А аборт тоже, страшно делать – после может и вовсе не родить. Так ведь тоже, бывает.
Я уже собрался принять коньяку и ложиться спать, Но в это время кто-то позвонил в дверь. В глазок увидел фигуру в оранжевой материи. Какого хрена тут забыла эта харя кришны!
****
Я уже собрался принять коньяку и ложиться спать, но в это время кто-то позвонил в дверь. В глазок увидел фигуру в оранжевой материи. Какого хрена тут забыла эта харя кришны!
Ребята эти безобидные, и я открыл дверь. Открыл, и обомлел: передо мной была Ольга, завернувшаяся в ткань, как в сари или нечто подобное. Она как-то странно посмотрела на меня, словно не зная, можно ли мне доверять. Я обнял её, и она неуверенно обняла меня.
Заперев дверь, я снова обнял жену и расцеловал всё её, словно окаменевшее, лицо.
— Давай, я только поел, всё горячее.
— Сначала в ванную – ответила она бесцветным голосом.
— Да, конечно. Иди, я принесу тебе ночнушку и халат, твои тапочки.
Жена молча зашла в ванную и закрыла дверь на защёлку, чего мы никогда не делали, поскольку не закрывались друг от друга. Во мне тут же возник внутренний мандраж: как от чужого. Уж не решила ли она, что я нарочно подставил её тогда, пять дней назад!
Оставив вещи на табуретке возле двери, с ощущением страха потерять жену, некоторое время слушал то, как она принимает душ и наполняет ванну и сходил с ума от переживаний. Немыслимо захотелось курить и потому, долго курил на балконе.
Она пробыла в ванной больше часа. Я уже успел сварить ей пельменей, нарезать салат из помидоров и огурцов с редиской и зеленью, так, как она любит. Снова вскипятил чайник и заварил свежий чай, её любимый.
И вот дверь открылась. Увидев принесённое мной, Ольга скинула на пол свои тапочки и обулась. Я ещё не видел её всю, только ноги, все в царапинах. Но вот она закрыла дверь, и я увидел жену в банном махровом халате.
Она старалась не смотреть мне в лицо. Прошла на кухню и принялась за еду. Ела она с такой жадностью, что сердце сжималось от ужаса! Я молчал, чтобы не отвлекать от еды, и не возвращать Ольгу к тому, что ей наверняка не хотелось бы вспоминать. В том, что всё так сложилось я почему-то чувствовал себя так, будто виноват в произошедшем с ней.
Она молча поела и стала пить чай. Уже как-то отмякнув.
Любовь по правилам. Глава 3