Про её встречу с отцом мы не говорили. Только к вечеру она сама сказала:
— Ты – прав. Мне надо быть поосторожней с этим.
Ольга коротко сказала, что у них с моим отцом всё оборвалось – отец психологически не может, практически при мне, когда я знаю про них.
Спустя две недели вернулись домой – у Ольги закончился отпуск и формально она должна была появляться в школе. Сын оставался с моими родителями в деревне до ноября.
Дальше мы зажили внешне хорошо, постепенно возвращаясь к прежним отношениям, хотя я ощущал, что оба мы изменились, трансформировались в своём отношении к сексу не друг с другом. Более просто стали смотреть на это, без эмоциональной болезненности, так, как обычной потребности, приятной, но необходимости. Когда кто-то из сотрудников стуканул Ольге про меня и мою бухгалтершу в летней командировке в Сибирь, она только улыбнулась этому. Мы стали во многом смотреть на свою сексуальную жизнь проще, не усложняя ограничениями брака. Ревновала ли меня жена? Да, но старалась оправдать тем, что в поездках по работе мне кто-то нужен, находясь в полной уверенности в том, что это не моя новая любовь, а лишь дорожная пыль. Она поверила в мою любовь только к ней, как и я в её любовь только ко мне. Когда дачный сезон закрыли, отец, не справившись с собой, начал изредка навещать свою сноху, когда я был на работе, а сын – в садике. Сколько свиданий было у них за время Ольгиной беременности, я не считал. Махнул рукой: хотят, ну и пускай! И не то, чтобы я огрубел душой или разлюбил жену, просто, смотреть на это начал иначе, проще. Трансформировался. Она – тоже стала мыслить как я, и однажды мы с удивлением ощутили то, что пропала в нас какая-либо злоба на Ленку и Кирилла. Осталась только обида за обман с похищением, и сами мы, в области сексуальных отношений, сделались очень похожими на наших родственников, с поездки к которым всё и началось.
К весне жена ушла в отпуск и в апреле родила мальчика. Появления на свет темнокожего ребёнка никто из нашей семьи не ожидал. Врачи объяснили нам, что такое бывает, когда один раз приходят месячные у женщин, которые фактически уже беременны. Это снова изменило нашу жизнь. Трансформации продолжились.
На этом история трансформаций не завершилась, просто, мне кажется, что несколько затянулся рассказ. Если читатели хотят узнать про то, что происходило дальше – продолжу. Присылайте комментарии.
****
Все мы испытали шок – Ольга родила мальчика с очень смуглой кожей и от рождения необычно крупным мужским хозяйством.
Жену я встречал из роддома, как оказалось, не один. Ольга, поразмыслив, сама, тайно от меня, позвонила Лене и поделилась новостью об очень смуглом ребёнке. Система сработала молниеносно.
Лимузин с негром водителем возле роддома сразу всё объяснили мне. Оставался лишь вопрос о том, как дальше поступит жена.
Ольга немного помялась, и, пряча взгляд, сгорая от стыда, промямлила:
— Я немного поживу с маленьким у него.
Она села в лимузин и африканец шофёр закрыл за ней дверь с тонированным стеклом.
Дома пришлось сочинять для сына историю про то, что мама ещё останется в больнице. Наплёл про неопасную болезнь и сын, вздохнув, через десять минут уже был занят своими игрушками. Только через две недели она позвонила мне.
— Привет! Злишься на меня?
— Сначала – злился, а после подумал, что мальчику с отцом будет лучше – здесь его затравили бы сверстники. А ты как, снова с этим?
Свободное время