Она перезвонила и долго разговаривала с Олежкой. Сын ликовал от радости.
Спустя ещё несколько дней Ольга вновь позвонила:
— Завтра приеду.
На следующий день не стал отводить Олежку в садик. Увидев маму, сын со слезами бросился её обнимать и после не отходил от неё. Ольга тоже, прослезилась и поминутно обнимала и целовала его. Пришлось увести сына на кухню, под предлогом приготовления праздничного обеда, чтобы он дал ей спокойно пройти в ванную.
— Ну, мальчики, соскучились? – появилась жена с сияющим лицом.
— Очень соскучились! – откликнулся Олежка – а мы тебе праздник приготовили!
Мы обедали. Сын задавал маме разные детские вопросы. Всё было очень мило, и так, словно прошедшего года вовсе не было в нашей жизни.
Шло время, но поговорить о главном нам не удавалось из-за присутствия Олежки. Ольга поморщилась.
— Что-то не так? – настороженно спросил я.
— Молоко давит грудь.
Она вопрошающе посмотрела на меня.
— Ты не станешь ругаться, если я дам Олежке грудь?
Я испытал неловкость. Мне не хотелось поощрять эту практику, но и жене нужно было как-то выходить из положения. О том, чтобы позаботиться о сцеживании мы не подумали. Был у нас старенький молокоотсос, стеклянный, с резиновой грушей. Для сцеживания остатков такого было достаточно, а вот для опорожнения полной молока груди – слишком слаб. И я согласно кивнул головой.
Ольга повернулась к сыну и спросила:
— Олежка, а знаешь, что у мамы для тебя есть?
— Что?! – воскликнул заинтригованный сын.
— У мамы для тебя есть молочко. Хочешь?
— Прямо как у тёти Тани?
— Прямо, как у тёти Тани.
— Ура! – закричал сын. Он подхватился со своего места, и, взяв маму за руку, потянул за собой в комнату. Я решил последовать за ними.
Ольга присела не кровать и сбросила с плеч белый махровый халат, обнажившись до пояса, предоставив нам возможность любоваться на её налитые груди. Мощные, немного приподнятые от давления внутри них, эти два прекрасных своей красотой плода свисали почти до пояса супруги. Соски вновь сделались огромными, как тогда, после процедуры их увеличения. Они стояли торчком и выглядели восхитительно. Вокруг них образовались большие тёмные ореолы. Я стоял и смотрел на совершенно обворожительные груди жены, прилипнув к ним взглядом. Сын, заметив мою нерешительность, вскочил и тут же потянул меня сесть возле мамы с другой стороны. Он взял обеими руками грудь и сказал мне:
— Пап, попробуй! Знаешь, как вкусно! Смотри, это просто, я тебя научу!
Сын тут же охватил ртом сосок матери и она, прикрыв глаза, сладостно ахнула, а Олежка скосил взгляд на меня, и я, чувствуя то, как невольно краснею, нежно и осторожно взял в руки вторую грудь жены. Едва я с осторожной нежностью охватил сосок ртом и надавил на него у основания языком, как в нёбо ударила струя. Ольга, прикрыв глаза улыбалась, блаженствуя. Она поглаживала наши затылки ладонями и лицо её выражало состояние полного счастья.
— Мужички мои! Как же хорошо с вами!
Сначала я просто глотал, а после начал ощущать и вкус, чем-то напоминающий молоко кокосового ореха с ноткой грецкого. Это был божественный по вкусу напиток! Длилось наше занятие довольно долго и у меня, да и у сына устали рты.
Когда Олежка насытился забавой, то просто благодарно чмокнул маму в грудь и побежал играть, а Ольга попросила меня достать молокоотсос и остатки уже сцеживала сама.
Я сидел рядом и молча смотрел на её занятие. Наконец заговорил:
Заработки с "Золотым дождем"