«Что и говорить, снимки Анатолий выложил действительно красивые. И никакого лица, даже намёка!» — вот это последнее словно камень с плеч сняло разом. Да что там камень, гору! Ещё свежи были в памяти трясущиеся руки, пока смотрела в телефон, ожидая что сейчас вот-вот и увидит свою мордашку...
— За-аа-яя, ты дома?! — из их спальни подал голос муж.
Видимо, снова групповой созвон со своими разработчиками. В последнее время его проводил развалившись на подушках в постели, поставив ноутбук на колени и неизменный бокал с чаем рядом. Устав ругаться, Наталья махнула рукой на эту прихоть Миши.
— Да, я вернулась, — громко ответила и обратилась к стоящему рядом сыну, — Максим, скоро будем кушать, иди скажи папе чтобы он закруглялся со своей работой. А потом я тебе ещё почитаю, как вчера.
— Ула-а-а! — мальчик, довольно вертя попой и размахивая руками, поскакал к отцу.
Наташа с улыбкой смотрела ему вслед, как приятно быть дома!
Ужин прошёл в обычной обстановке, супруг интересовался её делами в офисе, спросил за новости компании, ответил на её вопросы. Наталья ожидала расспросы о причинах её задержки домой, даже заготовила маленькую ложь-отмазку. Но Миша вопросов задавать не стал и это, к её собственному удивлению, немного её расстроило.
Это что же, ему неинтересно почему она пришла домой позже обычного? Ему всё равно, где она и с кем? А вдруг у жены что-то случилось, беда какая или каблук по дороге сломался...
Во время ужина искоса поглядывая на Мишу так и подмывало потребовать — ну скорее же муж, потребуй ответа за задержку! Но нет, супруг был спокоен, задавал обычные свои вопросы, в чём-то уже и дежурные, и, разочарованно вздохнув про себя, Наташа решила обдумать предложение Анатолия более пристально.
Перед сном Михаил устроил очередное удалённое минисовещание с помощниками, как поняла Наталья. Обсуждали какие то визуальные новеллы или декорации в них, она толком ничего не поняла. Да ещё о каком-то питоне говорили, типа, он то самое, что нужно.
Уединившись в ванной, набрала воду погорячее и, добавив морскую соль, она нежилась в охапках пахучей пены, борясь с желанием открыть эту новую папку с запретными фотографиями. Так хотелось посмотреть что же там ещё есть такого! Но чувство стыдливости останавливало набрать пароль и любоваться своей обнажённой бесстыдностью... Всё таки она примерная жена, подумаешь, чуть уступила с этими снимками...
Горячая вода обволакивала кожу, пар застилал зеркало, скрывая её отражение — будто сама судьба дарила ей мимолётную анонимность. «Примерная жена...» — мысленно повторила Наташа, сжимая кулаки под водой. Пена шипела, пузыри лопались, как её хрупкие оправдания.
«Чуть уступила?» — внутренний голос язвительно рассмеялся. — «Ты не уступила. Ты жаждала этого!»
Она закрыла глаза, перед ней всплыли те самые кадры: её тело, изгибы, тени, игра света на коже... Как она «смотрела» в объектив тогда — с вызовом, с томностью, с той самой «бесстыдностью», которая теперь заставляло сердце колотиться.
«Почему мне это нравится?» — паника сжимала горло. — «Что со мной не так?!»
Но тут же — волна жара, вспышка гнева на саму себя.
«Почему я должна оправдываться? Даже перед собой?!» — она резко провела ладонью по лицу, смывая несуществующие слёзы.
Услышав сквозь закрытую дверь мужчин громкий хохот, видимо, снова ихние шутки про умников из IT и глупеньких остальных, сдалась. Это стало последней каплей, что перевесило «за» и «против» в противостоянии самой себе.
«В конце концов, это мои фото! Хочу смотрю, хочу — нет...» — пробежала гневная мысль, а пальчики сами стучали по экрану нужный код.
Мой самый жуткий Хэллоуин