"Забери меня, мне плохо". Я не сразу понял, что случилось. Оказалось, её сын умер во сне в 40 лет — что-то с почками или печенью, точно не знаю. Я привёл её обратно в квартиру, она плакала весь день. Жена сына была за границей, а с дочерью он не общался много лет. Я боялся, что Наталья умрёт у меня дома от горя — мне было жалко её, страшно за неё. Что бы я делал, если бы она умерла? А милиция, а соседи?
Тогда я впервые поговорил с её дочерью. Она оказалась очень токсичным человеком, но взяла на себя организацию похорон брата. Звонила, спрашивала, как мама, а я бегал в аптеку за успокоительными. На следующий день Наталья попросила поехать с ней в морг вместе с дочерью и зятем. Тогда я впервые увидел их вживую — типичное быдло. В морг мы в итоге не попали, я остался у неё дома на пару дней, уехал после похорон. На самих похоронах меня не было — ждал в квартире.
Смерть сына сильно сломила Наталью. Только через год она начала отходить, но здоровье пошатнулось. Дочь сразу после смерти брата стала требовать, чтобы Наталья переписала квартиру на неё, но та не хочет. Конечно, мне хотелось бы, чтобы квартира досталась мне, но за всё время мы об этом не говорили. Наталья ненавидит дочь, хоть и общается с ней — кроме меня и дочери у неё родных нет. Дочь пустила слух по двору, что у мамы "молодой любовник", и ей не нужны ни дочь, ни внуки, ни правнуки.Все в дворе знают обо мне. Хотя теперь, когда у дочери с зятем проблемы в отношениях, она говорит как тебе повезло с Романом. ..
У Натальи пенсия — 100 долларов. Что она может себе позволить? Дочь с зятем даже не думают отдавать долг, и я их искренне ненавижу — об этом открыто говорю Наталье.
На второй год войны людей стало не хватать, начали ловить на улице. Меня поймали раз, выписали повестку, но я не пошёл. После этого почти не выходил из дома. Последний год вообще не выхожу — нет брони, война превратилась в бизнес. Денег в интернете больше нет, живу на 150 долларов в месяц из отложенных: 50 на коммуналку, 100 на еду. В стране жуткая инфляция, я набрал вес — с 72 кг до 84, либидо упало до двух раз в день. Иногда хочется, чтобы всё закончилось: или ракета быстро убьёт, или самому что-то с собой сделать. Живу ради родителей и Наташи. Я её люблю, переживаю за неё. Родители у меня хорошие, и я знаю, что разочаровал их, не построив семью, не дав внуков. Но и Наталью я не могу бросить, предать, оставить одну.
Хотел ли я секса с Евгенией или Марией сейчас? Наверное, да. Мысли об этом до сих пор будоражат: пышное тело Евгении, её покорность, её тихие стоны, от которых я терял голову, или раскованность Марии, её сквирт, её готовность выпить со мной и забыться в страсти. Но я не могу ничего изменить. Я заперт в четырёх стенах своей квартиры, где каждый день сливается с предыдущим. Выйти из дома — значит рисковать, что меня поймают и отправят на войну. Денег нет даже на такси, не говоря уже о том, чтобы снять напряжение где-то на стороне.
Наталью я люблю — по-настоящему, всей душой. Она современная женщина: пересмотрела у меня все фильмы Marvel, обожает фантастику, новые сериалы, и с ней я могу говорить обо всём. Секс с ней
Вот так встреча!