как тонкая ткань обтягивает каждую мышцу. Катя оценивающе обошла его кругом:
— Бант выглядывает из-под резинки... Симпатично.
Она внезапно прижалась к нему спиной, закинув его руки себе на плечи:
— Чувствуешь?
Через тонкий нейлон он ощущал каждый изгиб её тела.
— Да, — его голос сорвался на хрип.
Катя обернулась и прошептал
а ему в губы:
— Тогда запомни — сегодня ты мой. А теперь бегом одеваться!
Максим стоял в прихожей, нервно поправляя рубашку. Через тонкий нейлон он чувствовал каждое движение воздуха, каждый шов на коже. Катя, уже одетая, крутилась перед зеркалом, будто сегодня был самый обычный день.
— Готов? — она бросила на него игривый взгляд.
Он кивнул, но рука сама потянулась проверить — не выглядывает ли из-под брюк верхний край колготок. Катя поймала его запястье:
— Перестань. Всё на месте.
Дверь захлопнулась за ними с пугающей окончательностью. Первые шаги дались тяжело. Казалось, все прохожие видят сквозь ткань его брюк. Максим шёл, напряжённо вглядываясь в лица — ища намёк на осознание, на смех.
— Расслабься, — Катя взяла его под руку. — Ты выглядишь как офисный работник, который опаздывает на встречу.
Он хмыкнул, но тут же замер — к ним приближалась знакомая Кати, Аня, с собакой на поводке.
— Приветик! — Аня махнула рукой. — Куда это вы так...
Её взгляд скользнул вниз. Максим почувствовал, как под коленями подкашиваются ноги — он уже даже забыл, что сегодня надел укороченные брюки. Полоска чёрного нейлона над носком была видна как на ладони.
Аня замедлила шаг.
— О, — её брови поползли вверх. — Это... новый стиль?
Катя сжала его локоть:
— Да. Макс решил, что гольфы — это скучно.
Аня задумчиво кивнула, затем неожиданно улыбнулась:
— Круто. Мужики вообще редко экспериментируют.
Собака потянула поводок, и они расстались. Максим выдохнул, которого, казалось, ждал всю жизнь.
— Видишь? — Катя прошептала ему на ухо. — Она даже позавидовала.
Они свернули в сквер, где было меньше людей. Ветер шевелил листву, а солнце грело ноги сквозь нейлон.
— Ну как? — Катя сняла туфли и прошлась босиком по траве.
Максим после секундного колебания последовал её примеру. Трава щекотала ступни, а нейлон шуршал при каждом шаге.
— Неожиданно... приятно, — он рассмеялся своему отражению в витрине.
Катя подбежала и нежно укусила его за ухо:
— Это только начало. Может по кофейку?
Они зашли в маленькую кофейню на окраине парка. Максим уже начал привыкать к лёгкому давлению резинки на талии, но всё ещё нервно озирался по сторонам.
— Два капучино, — заказала Катя у стойки, затем вдруг добавила, — и кусочек чизкейка для моего храброго парня, который сегодня впервые вышел в колготках.
Бариста — девушка с розовыми волосами и тоннелями в ушах — подняла глаза от кофемашины. Её взгляд скользнул по Максиму, остановившись на полоске чёрного нейлона, выглядывающей из-под укороченных брюк.
Вот и всё, — подумал он, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
— О, круто! — вдруг воскликнула бариста. — У нас тут целое сообщество!
Она ловко вытащила телефон и прокрутила галерею, показывая фото: на снимке она сама стояла в кожаной куртке, клетчатой юбке и... в явно мужских колготках в сине-белую полоску.
— Мой парень тоже носит, — улыбнулась она, взбивая молочную пену. — Правда, пока только дома. Ты молодец, что решился!
Максим почувствовал, как напряжение уходит из плеч.
— Спасибо, — он рассмеялся. — Я думал, что...
— Что все будут пялиться? — бариста подмигнула. — Да кому какое дело? Вот в прошлом месяце один чувак заказывал латте в платье и ботфортах — и что? Кофе от этого хуже не стал.
Катя радостно сжала его руку под столом.
— Кстати, — бариста вдруг наклонилась ближе, — если хотите,
Пришло время игры