немедленно убираться отсюда домой. Но я должен обсудить это с Венди. И я хочу быть уверен, что она в безопасности.
— Абсолютно, — кивнул он. - Реальной опасности нет. Наш объект — не насильник, а вуайер. Он любит флирт и романтику, патологически боится насилия. Так что с его стороны госпоже Миллер ничего не грозит. Впрочем, вам любом случае следует следить за окружающими. Венди Миллер очень обаятельна и привлекательна. Она может может вызвать интерес не только нашего... объекта, но и других мужчин.. или женщин. В общем, я лично, чисто по-мужски, советую вам, господин Шмидт, быть начеку. Мы будем рядом, но незаметно. Учтите – ешё раз повторяю – мы за вами не следим, так что комфорт госпожи Миллер в ваших руках. Если что-то покажется странным, дайте знать. Вот мой контакт.
Он протянул мне визитку без имени, только с номером телефона. Уже в дверях он, поколебавшись, добавил:
— Огромная просьба: не пытайтесь помочь расследованию. Любое – понимаете? любое! -вмешательство дилетантов на этом этапе операции приведёт к катастрофическим последствиям. Просто живите. Купайтесь, пейте прозекко, танцуйте, занимайтесь сексом, но не пробуйте вычислить наш объект. Если он что-то заподозрит, он просто исчезнет.
Когда «тео гантенбайн» ушёл, я остался стоять в гостиной, глядя на визитку. Венди всё ещё была с Аней и Томом, и я понимал, что должен рассказать ей всё, как только она вернётся. В глубине души я чувствовал странное возбуждение.
Глава 30
Венди вернулась через пару часов, возбуждённая и перегревшаяся на солнце. Пока я в очередной раз смазывал её волтареном, она выкладывала свои приключения.
— Отличное место! Но тесновато и песка нет, одни камни. Впрочем, там ещё и морские ежи, знаешь, запросто можно наколоть ногу. Зато вода чистая. И на таком пятачке человек тридцать нудистов, в основновм старше сорока. Мы с Аней и Томом устроились скраю, на камне, и они, конечно, сразу разделись. Догола. Мне их и уговаривать не пришлось, всё сами. На нас, конечно, все глаза повернулись. Ну, почти все. Там была парочка таким симпатичных геев, твоего возраста, они так томно окинули взглядом Тома, но что-то им не показалось, и они вернулись к своему домино. В общем, мы расположились, и вдруг к нам подкатывает такая леди, с короткой стрижкой, седая, поджарая, выбритая и чуть ли не полкило висюлек интимного пирсинга на нижних губах. И давай мозги пылесосить «Молодые люди, а почему вы одни, а ваши родители знают, что вы здесь, на нудистском пляже? А кто ваши сопровождающие?» И, представь себе, Том встаёт в полный рост – а у него прибор не такой внушительный, как у тебя, но тоже солидный – и веско так отвечает «Мадам, эти юные леди со мной. Я за них отвечаю» Старушенция опустила глаза ему ниже талии и смиренно так говорит «Ну да, конечно. Понятно...» и убралась. Мы накупались до упада, загорели-обгорели... Не знаю, как они будут объяснять отцу про свои красные попы... думаю, завтра они ни на какой пляж не пойдут, будут лечить свои ожоги второй степени. А я ведь их предупреждала! Аня хоть чуть-чуть была осторожна с загаром, а Том ничего не боялся, вот и поплатился. Мы с Аней ржали над его павианьим задом, Том злился, но потом мы решили, что пора валить. По дороге домой Аня и Том оделись, а я так и шла голая. Они теперь думают, что я супер. То, что я старше их, их вообще не напрягает.
Я покачал головой, не в силах сдержать улыбку. Венди оказалась поразительно восприимчивой – нескольких часов общения
Пятница. Конец рабочей недели.